Я несколько раз за ночь просыпалась и то благодаря девочкам-горничным, которые будили меня. Они рассказывали, что мне, наверное, снился кошмар, и я плакала во сне, и они не могли пройти мимо. Мне оставалось только поблагодарить их и принять стакан холодной воды.
Лоб был покрыт испариной, а щёки горели, всё ещё ощущая на себе язычки того пламени.
Что же это может быть? Меня никогда в жизни ещё не мучили кошмары. Это физически невозможно. И единственный, кто в силе наслать на меня сие наваждение…
— Эрида, — прошептала я, когда дверь за спинами горничных захлопнулась, — он нашёл нас…
— Знаю, — так же тихо ответила Тень, сидя рядом со мной на мягкой подушке. — Почувствовала.
Оставшуюся ночь я провела, бодрствуя и изучая потолок своей комнаты. Как же до этого всё было хорошо. Я сразу должна была понять, что так хорошо долго быть не может. Обязательно что-то случится и всё разрушит… Или кто-то… Ещё неделю назад я танцевала с Филиппом на балу в нашу честь. Нас приветствовали. Филиппа хвалили и поздравляли, что он таки нашёл свою девушку. И желали счастья. А мне делали комплименты по поводу моей красоты и необычности глубокого оттенка глаз.
Я помню, как Филипп пригласил меня на танец. Как его рука легла мне на талию, а другая обхватила мои пальцы. Я помню, как он вёл меня в танце и смотрел в глаза. Как по телу разбегались мурашки от его улыбки, и я желала только об одном — чтобы этот день не заканчивался. Никогда! Мне было хорошо и приятно в тот момент. Я кружилась в танце со своим будущим мужем, которому было не важно, кто я и откуда, и разве это не могло не радовать? В груди появились новые чувства, объяснения которым я не смогла найти. Но я знала, что зла они не несут. Моя любовь к этому мужчине росла. Я только сейчас могла понять своего отца. Это действительно нечто невероятное. Если бы я осталась в Преисподней, то точно бы никогда не испытала таких чувств. Вряд ли я бы вышла там замуж (не особо и хотелось-то!), я же полукровка. Но тут это не имеет значения.
В моей памяти хорошо отпечатались моменты, когда мы с Филиппом переступили черту дозволенного в этом мире. По всем правилам приличия я не должна была после очередного бала приходить к Филиппу по его просьбе. Даже не смотря на то, что я его невеста. Хорошо ещё, что меня никто не заметил, когда мы крались по пустым коридорам в сторону его комнаты, и не услышал, как мы хихикали, в темноте натыкаясь на углы. Я-то видела, а вот Филипп — нет.
Когда дверь за моей спиной закрылась, я прижалась спиной к прохладному дереву и посмотрела в любимые стальные глаза. А ведь было время, когда они казались мне холодными и строгими. Я думала, что сию крепость никто не сможет разбить. А я ошиблась. Она пала и отдалась в мои руки. Тут можно было бы возгордиться, если бы и моя крепость не пала перед натиском Филиппа… Я помню, как его руки скользили по моим плечам, скидывая шаль на пол. Как губы касались кожи шеи и плеч, когда его пальцы разбирались со шнуровкой на спине. Эмоции и чувства, которые одолевали меня тогда, нельзя было сравнить ни с чем. Я с трудом сдерживала внутреннего демона, окрыленного эйфорией, которую испытывала его хозяйка. Зато в тот момент я впервые почувствовала себя по-настоящему счастливой и не хотела терять это ощущение.
Время пролетело на удивление быстро. Я даже не заметила, как настало утро и в двери комнаты тихо постучали. Девушка-камеристка, которая помогала мне надевать платья, пожелала мне доброго утра. И когда я привстала на кровати, сообщила, что я выгляжу уставшей, и поинтересовалась, не больна ли я.
— Нет, спасибо, — ответила я, улыбнувшись девушке. — Я просто устала. Не выспалась. Ты не знаешь, где сейчас Филипп?
— Господин Эшборн отбыл по важному делу. Утром пришёл посланник от короля, и его попросили приехать, — девушка уже стояла у выхода, когда её настиг мой вопрос. — Он просил передать вам, что будет вечером… Завтрак подать вам сюда?
— Да. Спасибо, — камеристка ушла, оставив меня одну. Отсутствие Филиппа было мне на руку. Я могла спокойно подумать о том, что случилось. Эти сны-кошмары точно имели необычную природу. Позже Эрида сказала, что почувствовала тёмную энергию, окружавшую меня. И она была явно не моя. Единственный, кто имел достаточно силы, чтобы влиять на меня, это дед. Никому другому это просто не подвластно. Можно, конечно, подумать, что это могла быть одна из тех девиц, которые прожигали во мне дырки на балах. Они надеялись получить Филиппа, а тут появилась я и разрушила их планы. Но нет. Если бы я была полноценным человеком, то они смогли бы меня проклясть или ещё чего сделать. Но я же не человек…