— Я вспоминаю пшеничные поля, шум моря. Вспоминаю, как постоянно тренировалась с кинжалами...
— То, что ты воин, сомнений нет. Помнишь, откуда шрам на спине?
— Это... Это старший брат нечаянно... И, кажется, у меня их несколько. Почему-то ощущение, что я с ними недавно поругалась. И ощущение, что произошло страшное, меня не покидает... Что могло произойти?
— Недавно произошло... Княжество Диксон в стазисе, пробило их купол, и их хранители успели всё заморозить. Только князя найти не можем. Тебя мы нашли далеко от земель Диксон, тебя этим стазисом зацепило. Я бы решил, что ты оттуда, если бы не расстояние.
Девушка притихла, переваривая информацию. А может, что-то вспомнила, но не говорит. Давить я на неё не буду. Через некоторое время птичка засопела, сердцебиение медленное и размеренное.
— Слышь, зубастик. — Прошептала мышь. — Чего вы так на князе зациклились? Может, он успел кристалл передать перед тем, как всё случилось?
— Ричард, спи...
А сам я задумался, оставил бы князь свои земли? Нет, конечно! Значит, прав крылатый!
9. Глава
Морозное солнце пробивало лучами плотную ткань штор. Птичка сопела в подушку, чёрное кружево сползло с её плеча, открывая розовый шрам.
Я не удержался и проложил тропинку по шраму, изучая её плоский животик на ощупь. Рука сама скользнула выше... Упругая грудь идеально совпала размером с моей ладонью...
— Наглец! — повернулась ко мне девочка и легла на грудь.
— Не удержался...
— Я сегодня хочу погулять по городу. Ты, наверное, будешь весь в делах до вечера?
— Как раз сегодня дела только вечером. А весь день я хотел посвятить тебе. После завтрака пойдем на ярмарку.
— Тогда мне пора готовить.
Она сладко потянулась, вставая с постели. Мне хотелось её вернуть, но торопить события нельзя. За небольшой ширмой началось шуршание. Ночная сорочка полетела в мою сторону, и мысль о том, что белоснежная кожа сейчас обнажена, обострила мои чувства.
Бет вышла из-за ширмы уже в своем красном боевом платье, застегивая ножны на ноге.
— Ты их снимаешь только, когда спишь?
Бет лишь улыбнулась и вышла из спальни.
— Ну что, зубастик? Обдумал, что я вчера сказал? — Мышь вылез из-под подушки, сонно расправляя крылья.
— Обдумал. Нужно поднять архивы. Я не помню точно, какие дети и какого возраста у Диксона.
Мы позавтракали яичницей и вышли на террасу. Солнечный свет на мгновение ослепил девушку. Та прикрыла глаза рукой и часто задышала. Её сердце быстро застучало, словно она чего-то испугалась.
— Бет, что случилось?
— Ничего... — Её пошатнуло.
— Бет, что ты сейчас вспомнила?
— Солнце так же слепило... Я стояла на возвышенности, а внизу много народа. Все меня... приветствовали...
— Хочешь, мы останемся?
— Нет, мне нужно провериться.
Бет захотела дойти до города пешком. Она выпытывала о том, что произошло вчера. Пришлось ей рассказать, иначе эта почемучка не отставала.
Ярмарка была в самом разгаре. Детвора носилась, весело смеясь. Торговцы хвалили свой товар. Чего только тут не было! И сладости из разных уголков княжества, и мясные изделия, и сыр разных сортов. Шелка, специи, ювелирные украшения, но я знаю точно, что ей понравится!
Я привел её к мастеру военной одежды. В шатре висела лишь мужская одежда. Но я уверен, у него есть в закромах то, что нам нужно!
— Лаэт, доброго здоровья! Подбери что-то для девушки!
— Сию минуту, господин!
Лаэт долго ковырялся за ширмой в сундуках. Но девочка не скучала. Она разглядывала мужские рубашки. С энтузиазмом снимала те, что понравились.
— Милая? Зачем тебе эти рубашки?
— Это для тебя! Хотя, пожалуй, и себе белую возьму.
Вкус у неё хороший. Всё, что она выбрала, удобного кроя, из хлопка и ничего лишнего.
Лаэт наконец вынес три платья. Черное, белое и темно-изумрудное. На каждом — серебряная вышивка, разрезы от бедра, талия в обтяжку, и ничего не мешает движению.
— Прошу прощения, госпожа, у меня имеется только три для вашей утонченной фигуры. Но есть зимние сапожки с мехом внутри до самых колен. Мягкие и удобные!
— Неси! — Улыбнулась Бет. — Я останусь в черном.
— Хорошо, тебе очень идет.
Удивительно, но у Лаэта нашлись сапожки прям по её ноге. Тонкая и мягкая кожа облегала икры. Она двигалась, словно босая. Поблагодарив Лаэта за обновки, мы отправили их гонцом в замок. Сами же направились к оружейникам. Кузнецы-вампиры славились своим искусством создания лучших мечей, кинжалов и катан. У моей ненаглядной разбегались горящие глаза. Ей непременно хотелось всё пощупать. Мои нервы были натянуты, когда она проводила пальчиком по полотну острейшего металла. Не дай бог порежется! Во-первых, я не хотел, чтобы она поранилась. Во-вторых, сладкий запах крови разлетится на всю округу.