— Ты готова?
— Да, когда скажу... Помоги мне встать, ноги затекают.
— Хорошо.
Бет хотела уже сесть попой на землю в привычную позу лотоса, но у её телохранителя возникла будто из воздуха небольшая подушка. Ловко приземлившееся прямиком в тот момент, когда княжна ожидала твердую поверхность. Она зло глянула на Агату, но ничего не сказала. А мне нравится эта забота девушки о моей жене.
Дюны да и вообще сам песок с момента освобождения Диксон не шевелится, что очень подозрительно.
Бет чертила в воздухе руны. Шепот её доносился до каждого уха, дерева, камня, животного. Языки магии сложились в лепестки вокруг неё. Песок стремительно отрывался от земли, взмывая вверх, и собирался в кучу.
В этот раз все шло намного быстрее. Взгляд жены сосредоточен, хоть и красивейшие зеленые глаза покрыты тьмой. Только потом я заметил, что ей здорово помогают маги земли.
Открылась ужасная картина. От природы эльфийских лесов остались только трухлявые деревья.
Рядом с Бет возникли маги телекинеза. Я слышал о такой магии. Она редкая, и они не только умеют поднимать и двигать предметы любой тяжести, но и вместе с ними преодолевать большие расстояния.
Бет плавно поднялась вверх на несколько метров. Я, Агата, Рик и десяток магов вмиг оказались возле тоннеля на эльфийских землях. Порталом стремительно появляются маги огня. Бет дождалась нужное количество прибывших.
— Дэрил, подними меня и держи.
— Конечно, любовь моя. — Шепнул ей на ухо.
— Огонь!
Тонкой струйкой княжна направляла бушующие над нами дюны в тоннель, маги огня раскаляли песчаную нить до красноты. От этого хоть что-то освещалось в этой непроглядной тьме.
Я просто закрыл глаза, уткнулся в её волосы и делился своей силой. Между нами что-то вдруг зашевелилось. Она выпустила свои крылья, и как же удобно обнимать её сзади. Они совершенно нам не мешают. Я продолжил делиться силой. Она текла с легкостью, наполняя резерв княжны.
— Дэрил...
— Да?
— Дэрил, мы уже заканчиваем.
Сколько времени прошло? Небо освещали звезды.
— Ваше величество? - Прозвучало как в тумане где-то рядом.
— Да, Ваше величество? - Ответила жена Августу.
— А можно и нам Стеллу на память о погибших?
— Разумеется!
Она кивнула огневикам, и те из остатков стекла сотворили огромный стеклянный клен. Листья переливались в свете звезд и красиво играли мелодию ветра. Август подошел к дереву, и после прикосновения его ладони ствол засветился. На нем, на ветвях, высекались имена погибших и предков. Это был волшебный и трогательный момент. Бет втянула крылья, её сердце, в отличие от малыша, билось медленнее. Я повернул к себе лицом, она была бледна. Сориентировался глазами, где шатры, и, подняв на руки жену, зашагал в сторону.
— Дэрил, вам сюда.— Открыла полотно шатра противоположному тому в который я хотел зайти, Агата. — Я позову лекаря.
— Не нужно.
— Но...
— Не нужно!
Рик быстро вывел из шатра девчонку, и я наконец остался наедине с женой. Глаза мутные, кожа ледяная.
— Бет, опиши, что ты чувствуешь?
— Жжение.
— Ты голодна.
— Не хочу! Меня вывернет!
— Ну моя же кровь тебе помогла. Птичка, почему я должен тебя уговаривать, как маленького вампиреныша? Подумай о ребенке!
— Ты отдал много магии мне, я чувствую.
— Отец однажды мне рассказал, что мама, беременная мною на шестом месяце, вдруг внезапно перестала пить какую-либо кровь и силы брала лишь от своей магии, но это вредило и мне.
Я уложил жену поудобней на своих руках и подушках, поправляя локоны волос.
— Так вот, он обманом приносил ей по бокалу своей крови, говоря, что это кровь чудесного оленя, что добровольно вышел из лесов и решил вылечить княжну.
— А мама что?
— Она поверила, ведь никогда в жизни не пробовала вампирскую кровь. У нас не принято делиться ею даже с близкими. Даже если твой родственник будет при смерти, не факт, что с ним поделятся самым дорогим.
— А потом она узнала?
— Нет, конечно, если бы узнала, она бы долго избивала отца. Но его поступок позволил выжить ей и мне. Так что, дорогуша, вонзай свои клыки, я после такого рассказа вряд ли что-то лучше придумаю.
Бет тяжело вздохнула и потянулась к моей шее. В этот раз её щеки быстро порозовели, а глазки блестели.
— А мама не спрашивала, где тот самый волшебный олень? — зевнув, спросила моя девочка.
— Да, отловили в лесу и обсыпали пыльцой ночной лаванды. Он переливался ночью голубым цветом и был достопримечательностью Грина. Прожил счастливую и сытую жизнь в нашем летнем саду.