— Ну и чего бежишь? Я что, страшный? Зачем тогда выбрала меня?
— Вы не страшный, ваше величество, просто мне с вами нельзя. И вообще, я очень бедная, выберете любую. Я вам не подхожу.
Она повернула голову к озеру, и я заметил маленький бутон чёрной лилии за её ушком. Не может быть...
— Подходишь! Ещё как подходишь! Ева, ты меня боишься?
Из глаз девушки скатилась слеза.
— Может, поговорим спокойно? Почему ты плачешь?
Она повернулась ко мне, и наши губы встретились, не специально... Так получилось. Неловкий поцелуй перешел в нежный. Я хотел, чтобы она меня не боялась. Сначала я захватил верхнюю, затем нижнюю.
Она и на вкус была мёдом. Нежно раздвинул языком губы и проник в её маленький рот. Девушка сначала сомневалась, но затем ответила с таким жаром, что я завелся не на шутку.
Ева сжала ноги вокруг моих бедер и слегка подтолкнула меня, я машинально сделал движение навстречу. Тихий стон... Осознание того, что под ситцевой сорочкой нет совершенно ничего. Сумасшествие!
Я сжал её запястья одной рукой. Второй задрал сорочку, параллельно исследовав ладонью бедро. Её зелёные глаза почернели, а на шее выступили руны. Вокруг нас расцветали бутоны чёрных лилий и возводились стены храма хранителей. Их шепот не было слышно из-за перевозбуждения, из-за того, что я был сосредоточен на её стонах. Мне хотелось большего.
Я отпустил её запястья, отсюда она никуда не денется. Хранители, кажется, нас благословили. Как только руки девушки были свободны, она потянулась стянуть с меня рубашку. Бутоны лилий расцветали друг на друге. Её огненные волосы утопали в лепестках. Ситцевое голубое платье разорвалось по шву, я прильнул поцелуями к пышной и упругой груди.
Я спускался все ниже и ниже. Не заметил, как выпустил клыки и царапнул нежную кожу. Слизнул капельку, и её магия пробрала меня до самой души. Больше без неё дышать я не смогу!
— Это… Это наваждение какое-то… Что со мной? – Шептала, наслаждаясь близостью со мной. – Ааааах!
Я прильнул к её невинной розе. Сладкая, какая же она сладкая... И теперь моя!
Я поднял её на руки, даже через непроглядную тьму в её глазах я читал недоумение.
— Не волнуйся, просто перенесемся вместо «поудобней».
Я открыл портал в свою спальню замка Диксон. В горле пересохло, посадил девушку на белоснежные простыни, а сам налил два бокала вина. Она сделала глоток, облизнула пухлые губки и, царапнув, потянула за шнурок штанов. Ситцевая ткань с шелестом упала на пол. Девушка дотронулась пальчиками до нежной плоти, а затем обхватила ртом и дарила мне неземные ощущения. Пусть неумело, но ласково, всё! Я больше не выдержу!
Остановил её, дотронувшись к скуле. Ева смиренно легла в постель, раскрывая ножки и приглашая меня к себе. Влага её возбуждения блестела от лунного света. Горячо и мокро, её стоны — музыка для моих ушей. Я старался не делать слишком резких движений, но не смог остановиться, набирать обороты. В комнате становилось жарко, и только потом я заметил, в её глазах и непроглядной тьме появились язычки пламени. Она была полукровкой. Мы любили друг друга до рассвета.
Как только первые лучи солнца стали подбираться к моим окнам, зашторил их напрочь. Девочка спала до самого вечера. Нам подали слишком поздний завтрак, и она проснулась на запах блинов с мясом. Она прикрыла тельце простыней и хлопала пушистыми ресницами. Затем увидела следы потери своей невинности и покраснела. Её рисунок за ушком расцвел бутонами по шее до самой ключицы, а у меня появился на половине спины. Мы женаты, рыжая бестия попалась!
— Ева, пойдём поедим.
— Не пойду.
— Почему?
— Я совсем голая, отпусти меня домой.
— Возьми мою рубашку, она тебе по колено будет.
Девушка робко взяла из моих рук хлопковую ткань и замерла, ждала, пока я отвернусь.
— Отвернись. – Угадал!
— Я там вчера всё видел, трогал, целовал и любил. Тебе нечего стесняться своего мужа.
Огорошив новостью, ушел ждать её на балкон. Солнце закатилось за горизонт, оставляя за собой розовые следы. Девушка недолго одевалась, вошла на носочках. Болван! Совсем не подумал, что тут холодный пол. Схватил её за талию и посадил к себе на колени.