Закружившись в последний раз мой любимый, не отпуская моей руки, встал на одно колено и, смотря прямо в мои глаза, произнёс:
— Мстиша, солнышко моё ясное, ты выйдешь за меня? Будешь моей женой, в горе и радости в болезни и в здравии, в богатстве и бедности? Согласишься ли ты, подарить мне свою жизнь, проведя её рядом со мной?
Смотря на такого любимого и дорогого человека, не могла сдержать слез. Всхлипнув, опустилась рядом с ним на колени и дрожащим от волнения голосом прошептала заветное «да».
— Ладо мой, я давно отдалась тебе, на милость твоих решений. Я доверила тебе самое дорогое что у меня есть — моё сердце и душу, ты для меня стал моим соколом ясным. Я готова не только прожить с тобой жизнь, но и умереть!
Держа меня за руку и смотря так, что у меня по телу разливалось тепло, опаляя всё моё естество, заставляя улыбаться и плакать одновременно. Достав откуда-то тоненькое колечко, совсем простенькое, но по своему красивое. Одел мне его на безымянный пальчик и привлёк к себе, поцеловал.
Эта ночь была самой замечательно за всю мою жизнь. И дело не только в том, что мы любили друг друга неистово, отдаваясь без остатка, соединяясь не только телами, но и душами. Эта ночь стала самым прекрасным подарком на нашу свадьбу. Покорив меня в самую душу. У нас ведь не принято такое, мужи не носят своих жен на руках, не делают им столь необычных и красивых подарков. Они лишь обвешивают украшениями и мехами, не более. То, что сделал Ярослав, было сродни маленькой сказке, чуду, сотворённому ради меня и для меня. В эту ночь накормленная блюдами, приготовленными моим мужчиной, лёжа вместе с ним на мехах и смотря на звёзды, была самой счастливой. Мой любимый, был невероятно нежен, касаясь друг друга обнаженными телами, обдуваемые ночной прохладой. Наслаждались жаром, идущим с глубины наших тел. Наша любовь была такой томительной и сладкой, как те же меха под моими руками. Сжимая их из раза в раз, стоило ему войти в меня до упора, вырывая из моего горла хриплые крики и стоны наслаждения. Он делал со мной невероятное, был везде и всюду, его руки огненными язычками разжигали пожары на моем теле. А невесомые поцелуи, ласкающие мою шею, грудь, бедра, будили что-то неистовое, древнее, что до этого момента пряталось где-то глубоко внутри. Ночь нашей нежности превратилась в необузданную и неукротимую страсть! Мы не могли остановиться и не думать друг о друге. Отринув приличия и робость, я наслаждалась своим мужчиной. Целуя и пробуя его тело на вкус. Исследуя каждую мышцу, каждый волосок. Более не стесняйтесь, гладила, целовала, терлась и требовала его всего!
Мы уснули лишь под утро, утомленные нашей необузданной страстью.
Вернувшись ближе к полудню, счастливые, ловили самые разнообразные взгляды. Кто-то улыбался, а кто-то кивал неодобрительно головой. Приняв решение, встав на крыльце, держась за руки, во всеуслышание объявили о своем решении. Люд поняв, наконец, что мы сказали и осознав загомонил, засвистел, оглашая площадь радостными выкриками.
Нашу свадьбу мы назначили через одну седмицу, давая возможность подготовиться не только боярам, но и нам самим.
Подготовка шла полным ходом. Вятичи с ожиданием и трепетом ждали заветного дня, а мой Ярослав как положено на следующее утро пришел свататься. В его свите были как его побратимы, так и бояре — Дражко, Храбр, пушкарь Мезгиль. С моей стороны в качестве старшего был Боян с ним Литонья и Аяша, да Молчана.
Зайдя в терем добрые молодцы поклонились, да стали сговор говорить.
— Здравствуйте хозяин с хозяюшкой! Слышали мы, что у вас товар богатый есть, красоты неописуемой. А вот у нас купец есть, что товар купить готов, да денег не пожалеть. Сговоримся ли мы с вами, хозяин с хозяюшкой? — заговорили пришедшие сватать мужчины.
— А что купец готов отдать за наш товар? Товар-то не простой, уж дюжа ценный — смотря из-за щелочки на то как Боян произносит положенные слова, а побратимы Ярослава, улыбаясь, начинают торг.
— Так и купец наш не простой, золотом обсыпанный, да с дарами заморскими. Умом и силушкой богатырской не обделённый!
— С дарами заморскими говоришь, видели мы ваши дары! Полюбились они нашей невестушке. Ну что ж, коль не передумали сваты дорогие, милости прошу в дом, да за стол.