Данимира во дворец вызвал Александр, на границах начались волнения, и ему, как главнокомандующему пришлось отправиться туда и выяснить всё самому. Тем более всего через несколько дней Данимиру предстояло занять пост ректора Императорской Академии Магии.
Я отправилась к себе в особняк, мне нужно было как можно быстрее встретиться со своими охранниками. Тем более от них приходило уже не одно послание. Из чего я сделала вывод, что операция по захвату одного из убийц прошла успешно.
Первым делом отправилась сразу в казармы, где меня и встретили Ярополк с Ярославом. Пока направлялись к стоящему в отдалении каменному мешку, крытому деревянной крышкой с большим железным кольцом в центре и толстой якорной цепью, крепленной к вбитому в землю каменному столбу, братья отчитались о задержании. Для меня было шоком узнать, что пойманный даже не сопротивлялся, а вполне спокойно дал себя взять, и даже улыбался с какой-то одержимостью голодного волка.
В мешок спустили лестницу, но, прежде чем поднять арестованного, Ярополк спустился сам, закрепляя у него на шее толстый кожаный ошейник с цепью и деревяные кандалы. После ему помогли выбраться наверх, дружина взяла его в импровизированное кольцо, и проводила до капитанской сторожки.
Я в нетерпении постукивала каблучком, ожидая пока приведут заключенного, неужели я сейчас всё узнаю? И смогу понять, за что убили родителей и саму Софию? И несколько раз покушались на меня в её теле? О том, что София умерла никому не было известно, а значит, они никак не могли догадаться о переселенной душе. За всё время, что я провела в этом мире, теперь я уже не отделяла себя и Софию окончательно, я была с ней единым целым, я была Софией — княжной Севера, княгиней Святославской — Греф. Мир и магия меня признали и приняли, а это означает лишь одно — я в своем праве отомстить за смерть близких.
Отворилась дверь сторожки, в небольшую три на три метра комнатку ввели заключенного. Внутри остались лишь братья, остальные распределились вокруг сторожки снаружи. Требуется ли такая усиленная охрана я не знала, но была благодарна дружинникам за их смелость и преданность.
— Ну, здравствуй, княжна! — вошедший с издевкой произнес и сплюнул в угол комнаты. И тут же получил удар под ребра от стоящего рядом Ярослава.
— Не своевольничай! Ты не на конюшне, ирод!
— Назови своё имя, и имя своего подельника!
— Тебе оно ничего не скажет, твоя светлость. А если бы и сказало, то уже все предрешено!
— Госпожа желает узнать твое имя! — ухватив большими ладонями за горло заключенного, пропел Ярополк.
— Ферхат! — зло выплюнул мужчина.
— Так и знал, что ты кочевничье отродье! — заявил, изобразив на лице оскал Ярополк. — Княгиня, позволь мне его уму — разуму поучить? Им же неведомо, этим лисам степным как к своей госпоже обращаться надобно!
— Постой, Ярополк. Будет у тебя ещё время, для начала мне нужно выяснить причину, по которой он и его старый подельник убили родителей и меня пытались убить. Рассказывай, твоя судьба тоже предрешена Ферхат и итог её — твоя смерть.
— Ха-ха-ха, — рассмеялся мужчина, — От судьбы я не убегу, княгиня, как и ты! И однажды мой приемный отец займет отнятое у него по праву место! А ты окажешься там, где тебе самое место! На соломе с раздвинутыми ногами.
Мне словно пощечину дали, унизили, и опустили, прировняв к дворовой девке. Злость поднялась волной, заполняя вены чистой яростью, внутри полыхал огонь, отдавая ледяной силой. Вокруг всколыхнулось пламя обвивая все тело, едва заметное шевеление пальцев и ноги Ферхата оказались в ловушке — их обвивала глыба льда по самые колени и лед продолжал ползти вверх, нарастая слой за слоем. Когда слой льда достиг груди, Ферхат заметно занервничал, но попытки выбраться не увенчались успехом и в его глазах появился настоящий страх.
— Что? — слегка склонив на бок голову, спросила у него. — Ты внезапно изменил своё мнение? И готов пойти на разговор? Или тебе ещё нужно время подумать? Что же у тебя будет такая возможность, я дам тебе ещё одни сутки на раздумья. Я уже не только гожусь, чтобы раздвигать ноги?
— Ты поплатишься за это. — просипел Ферхат, не сдаваясь.
— В яму его, на сутки, воды не давать и еды тоже. Посмотрим, как он после жёсткой диеты запоёт. Может поразговорчивей станет. Увести.
— Княгиня? — обступив почти ледяную статую, спросили братья.
— Ах, да! Унесите! Когда отморозит себе все хозяйство, запоет как соловей.
Из сторожки выходила разозленная, так и не получившая ни одного ответа на свои вопросы. Настроение было разнести гору и сравнять её с поверхностью земли. Я так близко подобралась к разгадке, но и тут мне не удаётся получить ответы. Приемный отец этого Ферхата, явно имеет какое-то отношение к моей семье. Я могу, конечно, предполагать, но знать наверняка хотелось в первую очередь. Вынужденная отсрочка дала время ещё раз всё обдумать, но уже в более спокойной обстановке. Вернулась в дом, на столе в кабинете меня ждал список необходимых вещей для академии.