Суровое, бородатое лицо воеводы напряглось еще больше, при виде сидящего до сих пор заключенного, который ни коим образом не отреагировал на наше присутствие.
— А ну поднимись, ирод! Перед тобой княжна стоит! Али в цепи захотелось да на площадь?
Мужчина с усмешкой на тонких губах поднялся, с издёвкой кланяясь и становясь ровно, немного раскачиваясь на пятках. Глаза его ничего не выражали или он слишком хорошо владел собой и своими эмоциями. Странное поведение для заключённого, он не кидался в ноги, не просил его освободить, не клялся в невиновности. Легко с ним не будет, я, думаю, даже если его посадить на цепи, он ни слова не скажет.
Я пару минут молча изучала стоящего передо мной человека, в памяти Софии, как я не пыталась, но этого человека припомнить не могла. Интуиция кричала, что мои подозрения правильны, и этот засланец был направлен моим несостоявшимся женишком.
— Тебя Казимир послал. — Не спрашивая, а утверждая сказала я.
На эти слова на мгновение по лицу задержанного прошла судорога, с которой он мгновенно справился, а взгляд стал уже более внимательным.
Я прошлась перед камерой туда обратно несколько раз, как бы раздумывая.
— Ты, конечно и дальше можешь молчать, покрывая своего хозяина, я и так знаю, что это он. Только меня одно интересует — почему он сам не явился, а послал шпиона? Испугался?
— Господин не робкого десятка и сам приедет за обещанным.
Я удивлённо приподняла брови, остановившись напротив мужчины, который внезапно понял, что проговорился.
— Вот как? Означает ли это, что мне следует подготовиться к встрече не состоявшегося жениха?
— Я ничего больше не скажу. — Мужчина сжал губы, и следил за мной злым взглядом.
Вот как значит? Права я была, когда подумала о нём. Этот ни за что не остановиться, чтобы получить через меня северное княжество. Как же я была рада, что родитель Софии не успел заключить официальную помолвку в храме, а значит Казимиру ничего не светит. Магия заколола пальцы просясь на свободу, в одной руке возникло пламя, в другой снежный вихрь, несущий запах снега и ветра.
Заключенный побледнел, пятясь к стене и прилипая к ней всем телом, воевода, стоящий у двери, тоже немного напрягся, поглядывая на меня с напряжением во взгляде серых глаз.
— Госпожа, пощадите. — Вдруг вырвалось у заключенного, — Что вы со мной хотите сделать? Я всё расскажу, всё, что знаю!
— Да вот думаю, какую часть тебя заморозить, а какую поджарить? Может ноги в огонь сунуть, а голову в лёд заковать? Или нет! До половины сделаю из тебя ледяную статую, а голова путь полыхает, как факел. Красиво получится. — И так улыбнулась, как кровожадный маньяк, который каждый день людей жжёт и морозит.
— Княжна пощади, у меня дети, жена! — Подползая на коленях, протянул этот тип.
— А раньше надо было думать и о жене, и о детях. — Увеличивая над ладонью пламя, ответила ему.
— Барон сейчас на границе княжества, меня послал, чтобы разведать что к чему, не появились ли другие женихи. Я должен к вечеру вернуться и всё ему доложить. Не гневись, госпожа, пощади!
Резко сжав ладони, я убрала стихии и те с тихим шипением рассыпались искрами и снежинками по всему карцеру.
— Мирослав Егорович, ты всё слышал? Встретить нужно дорогого гостя со всеми почестями.
— Слушаюсь княжна. С этим что делать?
— Как тебя звать?
— Остап, ваша милость. — Стоя на коленях и сложив перед собой ладони в умоляющем жесте, сказал мужчина. — Остап Бледный я, конюший у барона.
— Так вот Остап. Давай заключим с тобой сделку. — Я внимательно взглянула на заключённого, который с надеждой в глазах смотрел на меня.
— Всё выполню, княжна, всё, что прикажете!
— Так вот, Остап. Сейчас вернешься к своему барину и скажешь следующее: княжна при смерти, не сегодня завтра дух испустит, в поместье доктора ждут из столицы и святого отца для покаяния. Также поверенного сегодня ждут последнюю волю исполнить, как только княжна в себя придет. Тебе всё ясно?
— Да ваша милость. Слово в слово скажу, как велели.
— Хорошо, в обмен получишь свободу, и я выполню одну твою просьбу, когда придёт время. А ты знаешь, мы Святославские своих слов на ветер не бросаем. Будет худо, придешь.
— Здравия вам долгого, княжна!
— Воевода, выпусти его. Пусть его проводят до границы, и готовьтесь к встрече.
— С удовольствием княжна. — Со смешком в серых глазах произнес воевода.
Заключенного выпустили и под конвоем проводили за ворота поместья. Меня в сопровождении двух воинов и лично воеводы проводили до терема. В терем я вошла в сумбурных чувствах, по пути строя план «горячей встречи» нежданного гостя. Нужно отвадить Казимира раз и навсегда, чтобы даже в мою сторону не смотрел и не думал!