— Знаю, у меня есть зеркало, — проворчала им в спины.
Идиотки.
В душе не разумею, где этот актовый зал, но догадываюсь, девчонки убежали именно в его сторону. А я что? Я пошла следом. Пора решительно кончать с информационной изоляцией, пусть даже через публичное унижение.
Уже на выходе из общажного крыла меня перехватила лохматая шатенка с пухлыми губами и испуганным взглядом. Тоже в форме, тоже при оружии и тоже со светящимися камнями в браслете. Золотой медальон на её шее изображал белую козу на фоне зелёного луга и синего неба. Благодаря фотографии контакта в телефоне, я узнала в ней ту девчонку, что выдернула меня из постели.
— Наконец-то! Ты почему так долго, Вася? Мне пришлось идти за тобой.
— Мартышка, правильно?
— Марта, — возмущённо поправила она. — Скажи спасибо, что безопасников не отправили, они бы не стали с тобой церемониться. И поделом.
— Даже не сомневаюсь.
Какой-то театр абсурда. Не будь мне так хреново, прижала бы Марту к одной из колонн в холле и вытрясла из неё подробности самым что ни на есть прямым способом. Даже руками потянулась, да быстро передумала. На мне уже ярлык стервы, не хочу до кучи прослыть психопаткой.
— Боже, Вася, во что ты одета?
— В одежду, очевидно, — ответила ей, не замедляя шага. Кажется, те курсантки свернули налево.
— Почему не в форме? Знаю-знаю, устав писан для всех, кроме тебя, но разум-то надо иногда включать. Ты и так крупно влипла, дальше падать только в крепостные.
— Что ещё за крепостные? — нахмурилась я. — Светлое будущее наступило, космические корабли вовсю бороздят просторы Большого Театра, а вы тут в далёкое прошлое вздумали поиграть? Крепостные какие-то, Федерацию княжеством обозвали… Лучше бы вернули Союз нерушимый республик свободных.
— Какую федерацию? — теперь нахмурилась Марта. — Что за союз? Ты вконец спятила?
— Если ты сейчас не прикалываешься надо мной, то не исключаю. Ничего не исключаю, даже рептилоидов с Альфы Центавра во главе государства.
Крутанув пальцем у виска, шатенка проворно забежала чуть вперёд и перегородила мне путь.
— Вася, тут такое дело… — она отвела глаза в сторону. — Мне нужно кое-что сказать.
— Так говори быстрее. Меня, насколько понимаю, весь институт ждёт не дождётся для показательной расправы, а я безбожно опаздываю.
Марта кивнула, собираясь с духом, затем скороговоркой выпалила:
— Прости, но после твоего поступка мы больше не можем быть лучшими подругами. И вообще подругами. Это не только моё решение, остальные девочки тоже не хотят иметь с тобой дел. Мы дорожим именами наших семей и не желаем марать репутацию дружбой с… с…
— С кем?
Марта в ужасе округлила глаза:
— С кровавой язычницей.
А Вася интересная девчонка, как посмотрю! Прямое попадание в контингент «Розы мрака».
— Ты не обижаешься на нас?
— Да мне пофиг. Тебе, вижу, тоже.
— Вась…
— Я ведь давно перестала тебе нравиться, верно?
Марта покраснела от неловкости, однако нашла в себе мужество признать правду:
— Верно, — медленно кивнула она. — Мы дружили с тобой только из-за статуса… и потому что ты платила за все наши вечеринки.
— Понятно.
— А что ты хотела? — Марта внезапно взорвалась. — В тебе спеси выше крыши и никакого уважения к сокурсникам! Ты грубая, понятия не имеешь о благодарности и ни разу не помогла ни с тренировками, ни в учёбе. А ещё это из-за тебя Олеся провалила экзамены на первом курсе, после чего ей пришлось уйти в Новгородский филиал.
— Кто такая Олеся?
— Ну ты и дрянь.
— Да-да, Вася плохая, сил нет! Знаешь, Мартышка, давай-ка прекращай без толку трепаться и покажи дорогу к залу. Хочу послушать официальные обвинения, а не твои придирки.
Захлопнув рот, Марта без промедлений поспешила в актовый зал, причём постаралась держаться сразу на десяток метров впереди, лишь бы никто встречный не решил, будто мы идём вместе.
Встречных, кстати, было не так уж много. Редкие курсанты провожали меня обвиняющими взглядами, как последнюю преступницу, а то и вовсе воротили нос, словно от чумной. Больше показательно, конечно. Насколько я успела понять из короткого диалога с девчонками, Васю недолюбливали здесь задолго до «кровавой язычницы». Стервозный характер богатенькой девочки со всеми вытекающими нюансами мало кого оставит равнодушным.
Особо в шеренге встречных отметился симпатичный парень с чёрными, как ночь, волосами и синими-синими глазами, в которых плескалась вселенская грусть. На мгновение показалось, будто он специально стоит возле лестницы, ожидая меня, но как только наши взгляды пересеклись, красавчик резко передумал затевать разговор, состроил страдальческое личико и быстрым шагом удалился прочь. Скромняшка какой.