Надо сказать, в первые месяцы воины не имели права покидать территорию городка. Увольнительные начались после установления дисциплины и промывки мозгов. После такого длительного карантина к выходу в город бойцы готовились особенно тщательно. Загодя стирали и утюжили камуфляж, ходили в баню и до блеска драили сапоги. В городе на ярмарке теперь с нетерпением ждали воинов – у них хоть и немного денег, зато большое количество бойцов делали рентабельной торговлю разными мелочами. Рекруты получали на выход несколько медных грошей. Некоторые солдаты деньги не тратили – копили и с оказией высылали родителям в деревню. Чаще всего это оказывались единственные деньги, которые видели крестьяне. Иной пейзанин, получив письмо от сына, да вдобавок еще и гроши, вмиг становился самым популярным человеком на селе. С месяц ходил гоголем с задранным подбородком – знай, мол, наших. Письмо, прочитанное местным грамотеем, заучивалось наизусть и бережно хранилось в красном углу, за божничкой.
С первых дней Кошкин столкнулся с одной проблемой – воинам нужно сменное обмундирование. По этой причине большинство женского населения Белгорода и ближних деревень сидели за шитьем. Зеленая суконная форма хоть и неказисто сшитая, решила вопрос. Со временем пехотинцев сержанты с капралами стали обучать рукопашному бою, а также владению и метанию саперных лопаток и шомполов. Курсантов готовили по несколько иным нормативам. У них все гораздо жестче – рукопашный бой до полного контакта, при стрельбе из любого оружия – не менее четырех попаданий в центр ростовой мишени. Курсанты также должны уметь обращаться с пулеметом и гранатой. Разборка и сборка оружия на время. Работа с картой и компасом. Знание географии и истории, иностранные языки – в данном случае немецкий и польский. В полках организовали роты разведки – их готовили особо. Инструкторами выступали сержанты роты спецназа, которую Кошкин прихватил с собой из Франции. Кроме умения окапываться, прикрывать позиции ловушками и рогатками, солдат на макетах учили штурмовать городские стены и вести бой в помещениях.
С наступлением довольно мягкой зимы – минус семь-девять градусов по Цельсию – прохождение грязевых котлованов на полосах препятствий пришлось отменить. Сейчас бойцы преодолевали полосу второй категории. Марш-броски увеличились до четырех километров, у курсантов – до пяти километров. Подкрался незаметно Новый год. Впрочем, на Руси его в то время не праздновали. Князь отмечал праздник с сыном в имении, что располагалось к северу от Белгорода.
К весне бойцы полков испытали все прелести полосы препятствий третьей категории. Мало того что нужно лезть под колючей проволокой и мчаться через горящие постройки, так еще при передвижении по-пластунски наверху бьет пулемет. Только и слышно лай сержантов:
– Прячь задницу, деревня, иначе отстрелят! Чем думать будешь? Га-га-га. Фперет, сволош. Фойер.
И так изо дня в день. Солдат приучили к пулеметной и артиллерийской стрельбе, заставляли идти на неприятельские позиции за огненным валом канонады. Летом по приказу Кошкина всех рекрутов научили плавать, а также переплавляться через водные препятствия на подручных средствах.
В конце июня с большим обозом из Архангельска прибыл князь Юсупов-Эльдорадо. Кошкин с Гошей выслушали массу приветов от Ядвиги и Белки, а также он вручил несколько писем от Анны. Войска по случаю праздника получили три дня отдыха. Юсупов привез очередные пять тысяч стволов, патроны, орудия, снаряды, пулеметы и гранаты. Также хозяйственная Анна передала с Ильей двадцать тысяч нагольных полушубков, чему Кошкин откровенно обрадовался. Все-таки в шинелях прохладно солдатикам, а если мороз ударит, совсем хана.
– Я, правда, для караулов и часовых достал тулупы, но это капля в море. Молодец жена, жаль я в свое время не смикитил.
Кошкин представил полкам Юсупова, отпустил на каникулы курсантов, из которых половина не поехала домой – далеко. И через неделю с сыном отправился на север, в Архангельск. В июле путешественников встречали родные в порту княжества Эльдорадо.
Глава 8
Бесенок по имени Изабелла лукаво глянула из-под своей летней шляпки на шагавшего рядом Гошу. Тот со строгим выражением лица чинно ступал по песчаной дорожке – его степенный вид настолько не нравился Белке, что она не удержалась и поставила другу детства подножку. Тот, естественно, запнулся, хватая руками воздух. Белка с визгом и хохотом отскочила.
– Лови меня, тетеря, – и бросилась в сторону пруда.
На песчаном бережке мальчик поймал свою подружку, повалились с хохотом оземь, и тут произошла странная вещь. Белка, ловкая и подвижная, которую трудно прищучить в борьбе, вдруг обмякла в его объятиях. Глаза их встретились, Гошу поразило новое выражение глаз девочки, он смутился.