— Позвольте за вами поухаживать, — повернулся к ней улыбчивый сосед справа и заговорщически подмигнув, наполнил коньяком, стоявший перед девушкой высокий бокал, предназначавшейся для вина. — Расслабьтесь и просто наслаждайтесь ужином. Уж поверьте моему слову, в этом доме превосходные повара способные удовлетворить мечту самого привередливого гурмана. Советую непременно попробовать то тушёное филе из паукообразного аллигатора.
Ада решила не портить себе аппетит и не стала уточнять с мясом, какого мутанта она только что расправилась. Вместо этого девушка негромко поинтересовалась.
— Почему все так смотрят?
— Вас это смущает? — он приподнял бровь в ответ на ироничную улыбку. — Просто смеритесь с неизбежной популярностью. Весь клан сейчас пребывает в шоке, недоумевая, как такое вообще могло случиться! — он многозначительно усмехнулся. — Вот скажите мне, юная барышня, вам известно, как на свет появляются дети? Видите, вам известно, а они, похоже, подзабыли…
— Эрик — дракон только наполовину, и он никогда не отречётся от своей человеческой части, — Ада почему-то посчитала необходимым внести ясность в их диалог.
— Никто и не требует от него ничего подобного. Странные у вас представления о нашем мире. Ребёнок у драконов слишком редкое и уникальное сокровище. Вряд ли Райан станет давить на парня, скорее он согласиться во многих спорных вопросах идти ему на встречу, чтобы заручиться доверием. Ведь Эрик уже не младенец и без сомнения способен показать твёрдость характера. Так зачем рисковать? Я кстати прихожусь дядей вашего эмм… друга. Моё имя Чарльз. Могу ли я узнать, как зовут вас?
— Ада. А могу я узнать, чем на самом деле грозит Эрику воссоединение с внезапно появившейся семьёй?
— Вы мне не верите? Хотя возможно пареньку, привыкшему к самостоятельной жизни, могут прийтись по не нраву некоторое ограничения, установленные законами Агуннары. Но повторю ещё раз, никто не станет давить на него сверх меры. Поначалу старейшины клана попытаются влиять на юного дракона деликатными убеждениями, ну а уж если их дипломатические способности не сработают…
— Что за ограничения? — с подозрением прищурилась девушка.
— О! Их множество, — радостно объявил Чарльз. — Начать хотя бы с того, что до своего совершеннолетия дети в нашем мире, а особенно в землях бессмертных рас, находятся под абсолютным контролем семьи. Обычно их не выпускают даже за стены родового гнезда, не говоря уже о том, чтобы отправиться за пределы королевства поступать в межрасовую академию.
— Намекаете, что Эрику не позволят остаться в Терре?
— Будут старательно уговаривать отложить учёбу до того момента, когда он станет большим и сильным драконом. Но запретить не смогут. Раз он прошёл испытания и уже получил татуировку со статусом студента, значит, теперь твой приятель находиться под защитой академии и подчиняется уже её правилам. Хотя вся эта нестандартная ситуация вызвало бурю недовольства среди старейшин, привыкших чтить нерушимые догмы ископаемых традиций, которые, на мой взгляд, давно пора сдать в архив, как пережиток далёкого прошлого.
Ада выдохнула с нескрываемым облегчением и кинула задумчивый взгляд в сторону Эрика. Молодой дракон сидел ровно, расправив плечи и сознательно стерев с лица все эмоции. Ада понимала, что это была всего лишь защитная реакция от стрессов окружающего мира. Девушка послала ему сочувствующую улыбку и постаралась последовать советам Чарльза, не обращать внимания на чрезмерный интерес присутствующих.
Она, конечно же, не слышала, что говорил Эрику отец, но отчётливо ощущала внутреннее напряжение и протест, нарастающие в мятежной душе, как снежный ком.
После завершения праздничной трапезы Эрик очень сдержанно попрощался с Райаном и, забрав Аду, с подозрительно хмурым видом покинул дом Чёрных драконов.
— Куда сейчас? — вопросительно посмотрела на него девушка.
— Мы ещё не успели заселиться в общежитие. Надо поторопиться, если не хотим остаться на улице или переехать под неусыпный надзор семьи.
— Что он тебе сказал?
— Не важно, что он сказал, важно, что он сделал. Он посчитал себя вправе, принимать за меня решения, даже не спросив моего мнения. Райан по праву члена приёмной комиссии, участвовавших в оценке направленных способностей, определил меня на факультет телепатии.
— Так ведь это же здорово! Телепатия и созидание — самые престижные факультеты! Ты должен радоваться открывшимся перед тобой невероятным перспективам.