— Кто звонил?
— Твоя сестра. — Не вижу теперь причин лукавить. — Слезно просит тебя приехать.
— Обойдется!
— А вот это ты зря. У нее очень веская причина видеть тебя дома.
— Знаю я ее веские причины!
— Могу подтвердить. Ты же мне веришь? — заглядываю в настороженные голубые глаза. — Веришь?
— Ну… — Некоторое раздумье. — В целом, да.
— Так вот, поверь: тебе нужно к ней приехать. Не поедешь, будешь жалеть. Сильно.
— О чем? — Ищейка пытается взять след.
— Потом узнаешь. Поезжай!
— А ты?
— Что — я? Довезу Берти и вернусь.
— Не заблудишься?
— Где? — фыркаю. — Это же всего двадцать миль от города — вполне обитаемые места!
— Я, конечно, не буду показывать пальцем, но некоторые могут заблудиться и в…
— Все будет в порядке.
— Точно?
Да, брат и сестра — одна… ну если не сатана, то кто-то очень похожий.
— Вы такие странные, — подает голос девочка.
— Почему?
— Разговариваете прямо как родители, когда папа не напивается. Вы муж и жена?
Приехали… Только не начинай, Амано! Но мой напарник уже ухмыляется:
— Нет, милая, мы не муж и жена, мы муж и…
— И муж! А женами еще не обзавелись!
— Почему? — интересуется Берти.
— Потому! Не нашли! — отвечаю я, пока Сэна не успел придумать ответ в своем фирменном стиле.
— Я вам помогу! — Торжественное обещание.
— Как?
Кажется, озадаченно спрашиваем мы оба.
— Я скоро вырасту и стану женой!
— Чьей?
— А вот его! — Девочка тыкает кулачком в ногу Амано. — Он большой и красивый!
— М-м-м…
Мой напарник польщенно пыжится, а я делаю вид, что ничего не слышал.
«Большой и красивый», значит? Если следовать логике ребенка, то я маленький и урод. Не могу утверждать, что она в корне неправа, но…
Слава богу, подходит состав, и я спешу загрузить туда Берти, а Амано выпихиваю на перрон:
— Марш домой!
— Поставь комм в режим маяка!
— Зачем?
— Я за тобой заеду!
Пригородный поселок Тахо-Верде не вызвал у меня положительных эмоций. Совсем. Начнем с того, что система энергопитания монорельса вышла из строя аккурат за две мили до станции, и мне, так же как и остальным незадачливым пассажирам мужеского пола, пришлось прыгать вниз в сугроб и ловить женщин и детей, а потом помогать им добраться до грунтовки, пролегающей ниже по склону. Попуток, естественно, в такое время (рождественское утро как-никак) на дороге не было, и мы бодро пошли пешком. То есть я пошел, а Берти устроилась у меня на плечах. Дальше было еще веселее: Хильда с трудом вспомнила собственную дочь, зато меня, похоже, была готова усыновить, что и немудрено, учитывая полупустую бадью с глинтвейном. Я отказался. Категорически, потому что к тому моменту начал тихо ненавидеть всех окружающих. А когда добрался до станции, оказалось, что ближайший состав отправится не раньше чем тот, сломавшийся, доберется до конечной, потому что он, собственно, курсирует тут один.
В таких, мягко говоря, расстроенных чувствах я созерцал рождественскую витрину магазинчика, когда меня окликнул знакомый голос:
— Морган Кейн? — Прозвучало немного неуверенно, но…
— Кит? Это ты? Откуда?
— Могу задать тебе тот же вопрос! — лукаво улыбнулась Китти ван Вог, сотрудница Отдела Нравов. Всякий раз, когда я видел эти прозрачно-зеленые глаза и локоны, выкрашенные в кричаще-рыжий цвет, поневоле начинал задумываться над тем, чтобы сменить место работы. А ведь она отнюдь не самая привлекательная девушка в своем Отделе. Но мне нравится больше, чем все остальные, вместе взятые. Есть в ней что-то… задорное, что ли. А ведь все мы ищем в других то, чего нам самим не хватает, верно?
— Я заканчивал дела. И теперь не знаю, куда податься, пока Амано не приедет.
— Он должен приехать? — Несколько озадачившее меня любопытство.
— Обещался.
— Пошли ко мне, я снимаю тут домик на рождественские каникулы, — предложила Кит, и я отправился за ней.
Китти в последнее время относилась ко мне вполне доброжелательно. Я бы даже сказал: крайне доброжелательно, и это внушало надежду на то, что… Нет, не подумайте: я трезво оцениваю свои силы, и все же всем хочется мечтать. А Кит такая милая. Неужели мне в кои-то веки повезло? Нет, даже не верится!