― Это здесь.
― Где? — Елена оглядывалась по сторонам, но ничего кроме грязной тёмно-багряной мглы, которая застилала даже серебристое лунное свечение, не видела.
― Это под нами? — Орландо научился понимать Марию.
― Да. Воспользуемся хлыстами. Здесь нас никто не увидит. Даже Берингриф.
Уже через минуту чародеи были внутри землянки. Тёмно-серые стены, обложенные камнем, и земляной пол. Потолок такой низкий, что Орландо пришлось наклоняться, чтобы не упереться в него. Грубая мебель из плохо струганных досок и обитая кое-где тряпьём. Посередине просторной круглой комнаты — большой стол, по периметру — три кровати и детские колыбельки. Было видно, что сколочены они недавно: древесина ещё не успела почернеть. На стене у самого потолка тёмный лик Спасителя. Мария инстинктивно перекрестилась, увидев икону, а потом оглянулась на остальных. Только Орландо, казалось, понял, что означает этот жест.
Мэри, окрылённая надеждой, бросилась к иконе, взяла её в руки и стала осматривать со всех сторон, но нигде не было и малейших признаков на какое-нибудь послание Вориэгрина. Она безнадёжно опустилась на кровать, поцеловала лик Спасителя и бережно положила его рядом с собой.
― Ну что? — Лизи не терпелось узнать, нашла ли Мария выход из создавшегося положения.
― Ничего…
― Что будем делать? — Элизабет по привычке посмотрела на Орландо. Обычно он руководил парадом.
― Пока ничего. Останемся здесь ненадолго. Роланд знает, где мы. Останемся. Сегодняшняя и две следующие ночи ещё наши.
Мария не возражала. Она знала, что будет здесь до тех пор, пока дедушка не захочет ответить ей на вопросы. «Как ответить?! Бред… Господи, помоги»!
Орландо и Мария жались друг к другу на узкой и твёрдой кровати. Где-то в темноте тихонько посапывали Лизи и Елена. Мэри не спала. Воспалённый мозг перебирал немыслимые варианты послания Кочевника, которое он мог бы оставить в этой землянке. Орландо легонько коснулся её волос и словно пробудил от так и не успевшего прийти сна:
― Что?
― Может, давай не будем искать никаких знаков…никакой помощи от твоего деда. Давай разработаем план проникновения в кузницу с боем.
― Не знаю… Послушай, Орландо. Что мне делать с этим проклятым даром? Почему я не могу им управлять?! Почему?!
― Не кричи… — Орландо зажал ей рот ладонью. — Успокойся.
― Что случилось? — Элизабет вскочила и ошалело стала всматриваться в темноту, пока не вернула способность видеть.
― Ничего… Спи. — Орландо встал, уложил Лизи как маленькую, укутал изъеденным неизвестным животным войлочным одеялом и вернулся к Мэри.
Мария заревновала, но не подала виду. В своей прошлой жизни она считала, что не сумеет ревновать никогда. Это как-то не про неё… Теперь ревность снедала её чувства подобно жуку-древоточцу, подъедающему деревянную опору. А вдруг она ослабеет, пошатнётся и упадёт? И завалится всё строение, обрушится на голову, засыплет… Никому не выбраться. Да у неё ведь ест хлыст! Мэри выхватила его и полосонула плетью вокруг себя, обозначив купол. Сквозь его свод теперь не смогут проникнуть ни камни, ни песок, ни земля…
В следующий миг Кочевница оказалась подмята под себя мускулистым телом Орландо. Он запыхавшись всматривался ей в лицо, пытаясь угадать причину столь агрессивного поведения возлюбленной.
― Опора… Там… Это бревно, что посередине. Орландо, да оставь ты меня! Нам надо сломать эту опору. Понимаешь?
Лизи с Еленой уже рассматривали опору, что располагалась по самому центру землянки. От неё подобно лучам в стороны уходили балки и упирались в стены. На этой опоре держалась вся незамысловатая конструкция жилища.
― И что, ты предлагаешь сломать эту опору, Мэри? Зачем она тебе?
― Ещё не знаю. Но мы её должны сломать. Я видела. Надо хлыстами сотворить купол, чтобы нас не засыпало, и сломать опору. А потом… Посмотрим.
― Ты уверена? — Орландо уже доставал хлыст и занимал положение, оценивая расстояние до каждой из волшебниц, до стен и до, почему-то вдруг понадобившейся Марии, опоры. Элизабет и Елена стали, образовав с Орландо равнобедренный треугольник. Внутри его была Мэри. По команде Орландо над головами образовался светящийся полупрозрачный купол, Мария рассекла опору. Одно неловкое движение, и в куполе будет дыра, а в дыру устремятся потоки земли и камней. Надо быть осторожными и действовать быстро. Надолго ли хватит чародеям сил удерживать над головой огромную толщу земли и снега?
Мэри стала рассматривать ровный срез опоры.
― Что там? Говори же, Мария! Не томи.
― Здесь что-то есть. Какая-то дыра…
― Как-к… каккая дыра? — голос Елены срывался. Она теряла силы, выкладываясь всецело, стараясь наравне с Лизи и Орландо поддерживать спасительный барьер.
Мэри запустила руку в отверстие и вынула оттуда цилиндр наподобие того, в котором носят инженеры свои чертежи. Только этот цилиндр был деревянным и украшенным росписью из тех же красок, которыми написана икона. На стенке цилиндра переплетались лошадиные гривы, их правдоподобно сверкающие глаза, вскинутые к самым мордам, копыта, хвосты и сильные лоснящиеся тела.
― Надо уходить!.. Долго мы не выдержим, — голос Орландо вывел Марию из оцепенения. — Первой пусть уходит Елена. Мэри, стань на её место.
― Теперь — Лизи. Пожалуйста, не возражай. Мэри, ты — следующая.
― А ты? — дуэтом спросили девушки.
― Говорю вам: у-хо-ди-те! И забери ту дощечку с картинкой. На кровати.
Элизабет и Мария подчинились. Спустя минуту в проёме дыры из землянки появился Орландо. Он прижимал правую руку к туловищу и был бледным как полотно. Камень перебил кости. Из рваной раны сочилась кровь. Елена заклинанием остановила кровотечение, но срастить кости можно будет только в лагере. Забыв о находке, Мэри увлекла всех в обратный путь. На месте землянки остался довольно обширный кратер прямо посреди леса. Голые омертвевшие деревья улеглись вовнутрь кратера как после бурелома. Только странной была эта «буря», заставила стволы ложиться в строгом геометрическом порядке: толи верхушками к центру, толи кнаружи кратера.
Всем не терпелось узнать, что за находку уносят они из леса. Но добиваться чего-либо от Марии, когда она в пути, было бесполезно. А теперь её подгоняла ещё и забота о любимом человеке, который, стиснув зубы, старался не отставать.
Глава 68. Завещание Кочевника, написанное его собственной рукой
Ещё находясь в лесу, чародеи услышали страшный шум в лагере. Здесь не надо было обладать даром провидения, чтобы догадаться: всадники Берингрифа решили атаковать южан ночью в полнолуние, дабы лишить возможности хорошо подготовиться к бою и тайному проникновению в кузницу.
― Елена, сделай что-нибудь с рукой Орландо! — скомандовала Мария, а сама начала разворачивать длинный свиток, который достала из деревянного цилиндра.
Текст написан от руки и оказался очень знакомым. Уже с первых строк Кочевница и все остальные поняли, что это завещание Вориэгрина. Настоящее завещание, написанное рукой самого Кочевника. То, что учили чародеи в школе, было пересказано Флорианом — ближайшим соратником Вориэгрина. Настоящего же текста найти так никто и не смог. Сам сэр Флориан не сумел отыскать его следов, но помнил всё наизусть, потому что помогал Кочевнику составлять завещание, даже придумывал некоторые главы. Зачем именно теперь чародеям этот текст? Что нового можно узнать из него? Если бы свиток был найден в мирное время, то, несомненно, имел бы огромную историческую ценность. Но теперь…