Что-то грызла под полом мышь. Поскрипывал старый дом. Иногда по крыше ударяла ветка ореха. Ночная тишина была сплетена из множества звуков, словно кружево.
Внезапно что-то нарушило привычные звуки. Артём открыл глаза. Прислушался. Зимняя ночь монотонно завывала за окном, поскрипывая изредка ставней. Огонь в печи уютно разбавлял темноту и рисовал на стенах тени. Сытая кошка спала в ногах, свернувшись клубком. Всё как обычно. В комнате пахло хвоей и яблоками. Сейчас Святки, время нечисти. Бабушка рассказывала ему сказки про чертей и добрых молодцев, когда он засыпал на этом диване, заботливо пристроенный родителями на все зимние каникулы.
Артём прислушался, напрягая слух так, что, казалось, слышал, как падает на улице снег. Артём знал, что паук уже здесь. Он чувствовал врага каждой клеткой своего тела. Вот мелькнула на стене тень со множеством тонких лап. Артём сел на кровати. Пружины в старом диване скрипнули.
Дом и мебель были старыми, как и их хозяйка. Бабушка называла весь этот скрип музыкой её прошедшей жизни. Уютное воспоминание скользнуло в голове и исчезло, не коснувшись души. Страх нёсся по венам, заставляя сердце колотиться. Потревоженная движением кошка громко замурчала. Артём встал. Он позвоночником чувствовал опасность. Мохнатая тварь двигалась бесшумно. Паук появится неожиданно, как бы Артём ни напрягал слух и зрение.
Он подошёл к шкафу. Открыл дверцу. В углу дёрнулся и вжался в стенку тёмный комок.
— Тёмка, — шёпотом позвал Артём. — Не бойся, это я.
Комок поднял голову. «Это сон», — сказал себе Артём. Но странное чувство, распирающее грудную клетку при взгляде в собственные глаза на детском лице, отодвинуло на второй план даже страх перед пауком. Так мог выглядеть его сын, если бы у них с Алёной был ребёнок.
— Кто ты? — спросил мальчик.
— Ты. Я — это ты, только взрослый.
— Так не бывает.
— Бывает. Можно к тебе? Я пришёл помочь.
Мальчик недоверчиво смотрел на Артёма.
—Я это правда ты. Ну… бабушка зовёт тебя «33 несчастья», — сказал Артём.
— Она тебе сказала?
— Вчера ты притащил домой уличную кошку и ревел, пока бабушка не разрешила её оставить, — попробовал Артём подобрать более убедительное доказательство.
— Это все знают. Я громко ревел. С бабушкой иначе не договориться.
— К тебе сегодня приходил паук. Жёлтые глаза с чёрным узким зрачком. Мохнатые лапы. Круглое блестящее брюшко. Очень большой. Он направляет коготь тебе в грудь, туда, где сердце. Я пришёл тебе помочь прогнать его, — сказал Артём.
Мальчик подвинулся, ещё сильнее прижавшись к стенке шкафа. Артём отодвинул висящую одежду, сел рядом, прикрыл дверь. Внутри шкаф оказался неожиданно просторным.
— Как ты сюда попал? — спросил мальчик.
— Это сон. Мне… тебе то есть… нам это снится. Мы должны победить монстра. Ты должен. Иначе он будет преследовать меня всю жизнь. Тебя, то есть. Блин, — добавил он непедагогично. — В этом невозможно разобраться.
Но Тёма всё понял.
— А как его победить? — спросил мальчик.
— Надо выйти к нему. Показать, что ты не боишься. Страх можно победить только так. Понял?
— Понял. Я не выйду. Я боюсь.
Артём прислушался. Тихо. Он каждую секунду ждал, что в твёрдой деревянной дверце шкафа распахнутся паучьи глаза. Сначала два больших, жёлтых, круглых. Потом через дерево проступят остальные глаза, поменьше. Чудовище протиснет мохнатую морду в шкаф. Артём вытер о колени вспотевшие ладони.
Ну что может сделать монстр из сна? Это всего лишь игра воображения. Артём уже взрослый, он понимает это. Ему не должно быть страшно. Но он с трудом сдерживал панику, кровь толчками шумела в ушах. На деревянной двери шкафа медленно открывались жёлтые круги с узким вертикальным зрачком.
Тёма закрыл лицо руками, уткнулся головой в колени и тихонько заскулил. Артём не мог оторваться от паучьих глаз. Дверь беззвучно трескалась. Сейчас монстр просунет в трещину когтистую лапу. Надо защитить Тёмку. Артём подвинулся, прикрывая мальчика плечом. Что, если старуха права и он не проснётся от этого сна?
Паучья лапа просунулась из трещины и замерла напротив Артёма. Надо схватить её. Лапа тонкая, если резко дёрнуть её вниз, она наверняка переломится. Артём не двигался. Он не мог решиться. Секунды тянулись как часы.
Внезапно лапа резко подалась назад. Монстр решил атаковать. Тонкий белый коготь нёсся Артёму в лицо, и он зажмурился, прикрываясь рукой. Громко, страшно закричал рядом Тема. Сердце Артёма пронзила острая боль. Он схватился за грудь, пытаясь сделать вдох. Стало тихо. Так тихо, что ему снова казалось, будто он слышит, как падает на улице снег.