— Окей, — говорю я. — Поймать крысу — это я могу, тем более, если они транжирят ваши «компоненты» на изготовление злоебучего ТС, тут вы по адресу. Что это, кстати, такое? Это вообще не опасно вводить больным, раз этим не брезгуют доморощенные химики? ТС — то еще дерьмо… и…
— А вот это самое интересное, — обрывает Луиза, чуть поморщившись от моей манеры выражаться.
Она делает длинную паузу, а я нетерпеливо ерзаю на месте. Прислушавшись, я отмечаю, что дождь усилился, и поражаюсь, как Некрополис еще не смыло к чертям собачьим, если здесь выпадает столько осадков. Зато это объясняет, почему все постройки имеют такой характерный цвет и покрыты зеленоватым налетом. Здания просто цветут, а строили их из местной породы, не потрудившись привезти более современные материалы, равнодушные к инопланетной органике.
— Этот компонент — кровь, — заявляет Ришар, явно наслаждаясь произведенным эффектом.
Я недоверчиво кошусь в ее сторону, оторвавшись от любования унылым пейзажем за окном кара. Ее детская физиономия выглядит донельзя хитрой. Она, надо думать, бесконечно довольна собой, что сначала стребовала с меня подпись о неразглашении.
— Чья кровь? — осторожно уточняю я.
— Человеческая кровь, — отвечает она.
— Синтетическая?
— Нет, мистер Марлоу, — возражает Луиза. — Настоящая кровь настоящих людей.
— Но это… чушь собачья! — я начинаю злиться. — Люди исчезли как вид тысячу лет назад. Ученые веками искали хоть крупицу биоматериала, чтобы их воссоздать, но та гребаная война ничего не оставила.
— Я понимаю вашу реакцию, — спокойно говорит Луиза, — но это немного другие люди. Новые, если можно так выразиться. Мы нашли их на одной далекой планете, и их генетический код примерно тождественен тому, что был у тех, чью цивилизацию мы унаследовали. Они — ключ ко всему. Подобное открытие — настоящая сенсация, поэтому пока конвент хранит его в тайне. Мы отбирали самых надежных специалистов, чтобы заниматься их изучением, но, увы, нас кто-то предал.
— Я вам не верю, — признаюсь я. — Это полный бред.
— Поверите, когда увидите своими глазами, — с многозначительной улыбкой продолжает она. — Вернее… не совсем своими. Мы не допускаем наследников до исследовательской станции, в силу некоторых особенностей. Только андроиды-носители сознания операторов.
— Так вот к чему этот пункт, — вырывается у меня. — Про отцифровку и…
— Да, — подтверждает Ришар, — но вы уже согласились, мистер Марлоу. Я уверена, что вы не пожалеете. Иногда можно пожертвовать своими убеждениями во имя общего блага, особенно, если на кону жизнь вашего друга.
— Вы не оставили мне выбора, — выплевываю я.
Луиза кивает и задумчиво проводит кончиками пальцев по ободку бокала. Он издает тонкий, мелодичный звук. Она склоняет голову набок, словно ей доставляет удовольствие эта импровизированная музыка. А мне в свою очередь хочется сломать ее тонкую шейку голыми руками, даже если ее телохранители тут же издырявят меня в решето.
Но что это даст? В отличие от Офелии, я не проснусь в капсуле с головной болью и остаточными эффектами от «перезагрузки», и точно не смогу помочь Сэму. Кое в чем эта скользкая сука права — нужно правильно расставлять приоритеты. Глупо рубить с плеча.
Я разберусь с ней после, как только получу подтверждение, что ее вакцина и правда работает. Сдам Луизу Ришар и ее сраный конвент совету, ведь укрывательство такой тайны, — преступление против всего нашего общества, пусть они и оправдываются каким-то там благом. Потом обязательно сотру свою цифровую копию и к чертовой матери расколошмачу болванку, в которой придется ходить во время миссии. Но сначала я выполню то, чего от меня требуют.
Вечная жизнь учит терпению.
[3]
Кристина.
В санатории «Черт знает где» время завтрака.
Большое помещение с треугольными окнами, выходящими на лес и далекие пики гор, купается в лучах местного солнца. Свет немного зеленоватый, будто мы находимся под толщей воды на самом дне океана.
И некому объяснить, с чем связано это атмосферное явление. Серебряные чудики не отличаются особой разговорчивостью, а дикари — интеллектом. Нет, они вовсе не такие уж и тупые, просто наука, наверное, как выразился тот стремный тип, для них следующий этап. И после того, как только-только освоил язык захватчиков (они же захватчики? или нет?), рановато прыгать через пару ступеней вверх. Не все сразу. Словом, мы еще не скоро сможем обсудить третий закон Ньютона или генную инженерию. Сомневаюсь, сможем ли вообще. Мне самой вряд ли хватит познаний. Понадобятся еще какие-то ухищрения, чтобы сделать из меня, простой обывательницы, научное светило.