Кристина болтает со своей узкоглазой подругой, с которой после побега мулата вновь заключила перемирие, но каким-то образом чувствует мой взгляд. Она поворачивает голову и слегка улыбается, отчего у меня в груди разливается непривычное тепло.
Не удивительно, что Офелия и другие эрзац-люди с Гелиотрона пристрастились к бытию болванок. Все воспринимается совсем по-другому – более настоящим и реальным, исполненным смысла.
Вот так и подсаживаются на эту иглу.
Кристина поднимается с места, относит поднос с нетронутой пищей, и направляется в мою сторону. Я знаю, что она пройдет мимо – нам нельзя взаимодействовать в присутствии посторонних, хватит осведомленности Браун, всезнающей как Акаши.
Пошла Браун к дьяволу. Она мне не указ.
Я чуть склоняю подбородок, приветствуя свою дикарку, предвкушая, что после завтрака она пойдет в лес, где я найду ее на прежнем месте. Нашем тайном месте.
Но этому чудесному плану не суждено быть исполненным. В тот самый момент, когда Кристина ровняется со мной, внезапно заходится сигнал тревоги. Свет мигает и гаснет, а следом смолкает гудение вентиляции. И почему-то резервные генераторы не включаются, чтобы компенсировать перебой электроснабжения.
Сирена вкупе с погасшим светом сеет панику среди аборигенов – они принимаются хаотически метаться по помещению, а мы с другими охранниками, вынуждены бороться с воцарившимся беспорядком.
— Какого хера происходит?! – вопрошает Кристина, украдкой сжав мой локоть.
— Не знаю, — отвечаю я, — иди в комнату и не…
Я не успеваю договорить: чип шлет электрический импульс по телу, привлекая к себе внимание. Доктор Браун обращается через него к каждому из сотрудников станции напрямую:
На нас напали. Заприте аборигенов и идите на улицу. Стрелять только оглушающими. Повторяю: не убивать.
Я давлю пальцами на загривок через костюм, унимая зуд, что вызывает активизация чипа, а на деле будто борюсь с вторжением ненавистной начальницы прямо в голову. Вытолкав Кристину и ее подругу в коридор, где уже вовсю толпятся растерянные аборигены, я направляю их в сторону жилого блока, а сам мчусь наружу. Меня сопровождает странный шум, доносящийся с крыши – будто кто-то зашвыривает ее камнями.
Оказывается, я не ошибся. То, что предстает моему взору во дворе станции вгоняет меня в минутный ступор – над зданием кружат гигантские создания с кожистыми крыльями и волосатыми лапами, по очереди пикирующие вниз и вырывающие здоровые куски обшивки и шмотки проводов. Острые когти нещадно таранят и мнут металл, словно картон. Но агрессия местной фауны еще не самое страшное: у тварей есть наездники – смуглые аборигены вроде… того, которого я отпустил.
Вот и расплата за мою беспечность!
Сотрудники станции пытаются отстреливаться, но существа легко уклоняются от паралитических зарядов. Я подскакиваю к ближайшему охраннику и дергаю его за плечо, привлекая внимание.
— На поражение, — ору я, перекрикивая грохот выстрелов, — пошла она нахер, стреляй на поражение.
— Но…
Наш спор прерывает новая группа воинственных аборигенов, появившаяся уже из леса. Они восседают на спинах полосатых псин с плоскими мордами и огромными зубами, вроде той, что тогда потрепала меня в лесу. Твари мчатся к нам на всех порах и один за другим сшибают наследников с ног. Доспехи не спасают – клыки монстров с легкостью пронзают их и потрошат тела болванок. Я успеваю подстрелить тварь, собиравшуюся попробовать на зубок и меня, но недооцениваю ее наездника. Абориген шустро спрыгивает на землю и швыряет в меня копьем.
Дьявол! А ведь мы сами поведали ублюдкам, как эти копья изготавливать!
На минуту меня ослепляет боль, но, совладав с ней, я тут же целюсь в дикаря. Он падает, но его товарищ, подкравшийся ко мне со спины, выбивает у меня бластер. Дальше действовать приходится по старинке – мутузя взбесившихся аборигенов голыми руками.
Не стрелять на поражение! – навязчиво твердит в голове голос Браун, — только оглушающие! Отступайте!
И какой в этом смысл? – мрачно думаю я. Куда отступать? Зачем? Нас всего тридцать, почти втрое меньше, чем наших подопечных и в разы меньше, чем нападающих. Мы не готовились к нашествию полчищ агрессивных мартышек, заручившихся поддержкой местного зверья. Численное преимущество на их стороне, технологии и оружие нам не помогут. Остается только сдаться и…
Нет. Я нокаутирую еще парочку дикарей, мешавших проходу, и бегу обратно в корпус. Крыша проломлена во многих местах – обрывки проводки торчат из нее, словно лианы в здешнем лесу, как и снующие туда сюда наследники и наши подопечные. Кое-как добравшись до комнаты Кристины, я не нахожу ее внутри. Ну, конечно! Ей и в более спокойной обстановке легко удавалось влипать в неприятности, а тут такое раздолье.