Схватив портфель, он бросился к выходу, на ходу вытирая пот со лба. Мы с Лариской с тревогой проводили его вслед. Двое парней, тут же снялись, и последовали к выходу.
Что – то отвратительное завибрировало внутри, и я посмотрела на нее.
-Дерьмо, – выругалась она, хватая сумочку. Мы бросились следом.
Выскочили на оживленный проспект, те двое как раз повернули к арке, то есть в парк. Мы побежали в ту сторону. Двести метров мы преодолели с огромным трудом, и к тому времени парк уже опустел.
-Ушли, – отдышавшись, выдавила я, но Лариска продолжала хмуриться, оглядываясь по сторонам. Быстро пошла вперед, доставая на ходу мобильник, набирая вызов. Припустилась вперед, я едва поспевала за ней, затем нырнула в кусты, и глухо вскрикнула.
Уже, предчувствуя самое худшее, я помчалась за ней, со всего размаху ворвалась в заросли и увидела бездыханного Петрушу, и Лариску с огромной шишкой на голове. Она привалилась к стволу дерева и отчаянно матюгалась. Убедившись, что она жива, я снова повернула голову к Петруше, и только тут заметила торчащий из его груди нож, с резной рукояткой. Вскрикнув, я обессиленно опустилась рядом с Лариской, чувствуя, как холодеет кровь.
-Гады, сумку украли. – Простонала она, прикрыв глаза…
Глава 8
-Они убили Петрушу, – обреченно выдавила я, глядя как под тонкой рукоятью стилета, торчащего из груди убитого разрастается неровное кровавое пятно. Голова закружилась от острого металлического запаха крови. Взгляд мужчины пустой и леденящий душу, устремился вверх. Я зачем – то перекрестилась.
-Анька звони в милицию. – Она с трудом поднялась на ноги, и огляделась по сторонам, остановилась на бывшем коллеге, и нахмурилась.
-Лучше это сделать из телефонной будки, – скривилась я, – замучаешься ментам все объяснять. И потом стоит только рот раскрыть, они мигом всю подноготную вытянут.
-И то правда, на углу Второй Бульварной есть телефон – автомат. Пошли, ох, –ахнула Лариска, хватаясь за голову, – хорошо приложили, козлы.
Осторожно выбравшись из кустов, мы двинулись к выходу из парка. Чей – то липкий взгляд намертво прилип к затылку, сковывая его ледяным ознобом, от этого хотелось пуститься бегом.
-Лариска, они здесь…
Она завертела головой, а мне пришлось шикнуть на нее, призывая к порядку.
-Ты еще окликни их, совсем разум потеряла? – Разозлилась я на нее.
-Анька, не худо бы осмотреться… А вдруг и эти успели фильмец отснять, где мы с тобой снова в главных рядах?
От ее слов мне поплохело. Затхлый запах заключения забился в горло, отчего мне захотелось немедленно упасть в обморок. Я принялась так же крутить головой, прикидывая, могли нас видеть с аллеи.
-Нет, вроде. Там глухо как в преисподней. Не могли же они просчитать, что Петруша кинется именно в эти кусты. – Наконец, опомнилась я.
-И то верно, – согласилась Лариска. – А вот звонить отсюда опасно. Они следят за нами, и вполне могут заснять нас. Давай из кафешки позвоним?
-Нет, нас могут запомнить.
Мы замерли на перекрестке, гадая куда направиться, когда из глубины парка раздался надрывный женский визг. Мы вздрогнули, и по команде обернулись.
- По всей видимости звонить уже без надобности. Давай к переходу, такси лучше не вызывать, не ровен час, еще кто – то обратит внимание на твой вид.
Лариска, стеная и охая ковыляла рядом, не переставая строить гипотезы произошедшего. В моей же голове было пусто, как в церковном колоколе, в котором пронзительным набатом грохотала надвигающиеся неприятности. Хотя, куда уже больше. Но как говориться, снизу постучали. Второе убийство за два дня, и что – то подсказывает мне, что будут и другие. На горизонте сознания возникла шальная мыслишка, наплевав на все уносить ноги, но я ее быстро отмела, скосив взгляд на подругу, и принялась гадать, как выбраться из этой передряги.
Вскоре мы оказались в моей квартире и первым делом как следует осмотрелись. Волосок, оставленный мной в щели двери был на месте, и я порадовалась, что когда – то подсмотрела этот прием в одном фильме. Затем устроились на кухне, и Лариска продолжила.
-Что – то должно быть в этих письмах, иначе ни как.