— Подразделение, построение на плацу! — рявкнул Розенкранц. — У вас тридцать секунд, опоздавшие будут стоять в упоре лёжа до самого отбоя!
В казарме началось активное шевеление, люди сломя голову бросились в заданном направлении на ходу одевая и поправляя обмундирование. Со стороны это все было похоже скорее не на цивилизованных людей, а на стадо животных ломящихся в глухую стену, особенно, когда в проходе ненадолго образовалась давка. Я был одет и находился ближе всех к выходу так что особо не торопился и терпеливо ждал, когда живой поток вынесет меня наружу.
Заняв свое место в строю заметил как к нам со стороны медкорпуса во главе с Ларссоном ровным строем бегут ещё люди. Это видимо были те, кого так же экстренно выписали. Кто-то сиял металлическими элементами как Рэй, кто-то был частично перевязан, некоторые и вовсе прихрамывая на обе ноги плелись позади. И какой вообще смысл был в том, чтобы тащить их сюда? Однако ответ не заставил себя долго ждать…
— Товарищи бойцы, я собрал вас здесь не просто так, хочу подвести некоторые итоги. Как вы помните, два дня назад за нарушение правил уставных взаимоотношений между рядовыми Конором и Гонсалесом часть подразделения была отправлена на внеплановое учение в агрессивных условиях близким к боевым. Так вот с поставленной задачей справилось всего девятнадцать человек, это даже не половина… Остальные же не только не справились, но и усугубили ситуацию настолько, что для вашей эвакуации потребовалось привлечение нескольких элитных подразделений корпуса, но об этом потом… Вначале я хочу наградить героев, которые вопреки всем трудностям отличились и выполнили поставленную задачу оказавшись за барьером Зилота. Рядовой Хендрикс, рядовой Ивлес, рядовой Каплан — выйти из строя! — парни вышли из строя и повернувшись ко всем, не скрывая улыбки, ожидали похвалы и различных регалий от командира. — Я долго анализировал поведение каждого стараясь заслуженно воздать по заслугам. Это было не простое решение… За то что вы, полные сил, оставили товарищей попавших в беду и поставили собственный комфорт и личную неприязнь выше их жизни и здоровья вас стоило бы отправить на пожизненный марафон. Однако вы выполнили поставленную мной задачу и в числе первых оказались за барьером Зилота и без награды я вас не оставлю. Согласно распоряжению главы корпуса вам даруется полная свобода в принятия решений, графика тренировок, обучения и время препровождения. Проще говоря — вы уволены!
Глава 14
Мда… итог награждения был слишком неожиданным для всех. Маленькие бонусы, а следом пожизненный марафон был вполне ожидаем для тех, кто решил не навешивать на себя чужих проблем, но чтобы так кардинально… В общем «награждённым» дали шестьдесят минут на сборы, прощание и возврат амуниции, после чего они должны были навсегда покинуть стены корпуса.
Однако разбор полетов на этом не окончился. Нам долго и нудно втирали очередную истину о том, как важно быть единым целым и поддерживать друг друга, а так же во всех подробностях расписывали последствия наших путешествий по пустошам. В данном случае ничего нового я так и не услышал. Все те же знакомые мне цифры, но немного другими словами. Правда в конце одна неожиданность всё-таки прозвучала: существо устроившее этот бедлам так и не было убито. И от услышанного будто груз с души упал. Даже не смотря на испытанную боль — злости я не испытывал.
— Вольно! — скомандовал лейтенант. — У вас пара часов на обед и отдых, в два часа всем быть на полигоне. Учитывая ваши результаты придется учить вас стрелять. А ты, Гаррисон, идёшь со мной. У меня и для тебя есть особенный подарок…
Войдя в кабинет Розенкранца меня не покидало ощущение, что подарок явно будет не из простых раз его мне не стали вручать прилюдно. Да и то, что меня ждёт, скорее всего, будет очередным проклятьем вроде брони без ядра или ещё чего похуже. Лейтенант вальяжно развалился в кресле, а мне определил место недалеко от выхода и естественно стоя. Ну да, не стоит рядовому придавать значимости, а то ненароком в себя поверит.
— Как я тебе уже говорил: «ты воистину везучий сукин сын». После того, что произошло в пустошах ни о каких поощрениях речи и быть не должно. Мало того, что большая часть пострадавших там людей оказалась из-за тебя, я уж не говорю про потраченные на ваш возврат ресурсы и мою личную головную боль в виде истерик полковника Сандерса, так ты не только не помог, но и усугубил без того патовую ситуацию. Да, именно к такому решению пришел совет корпуса. Именно твое присутствие там создало девяносто процентов проблем связанных с эвакуацией. В этом ключе тебя нужно было просто оставить там и если бы не твоя заоблачная цена, то так бы, наверное, и сделали, но ты везучий и вместо наказания совет после долгого разбирательства практически единогласно изволил поощрить тебя. А знаешь за что? За твой героический порыв идти к товарищам в одиночку, ведь ты единственный кому пришла в голову эта бредовая, но абсолютно верная идея. И надо признаться я был впечатлен. Не каждый отправится непонятно куда помогать тем, кого знает всего несколько дней. Не знаю уж на что ты рассчитывал, но это единственное, что меня заставило принять решение совета. Но не думай, что ты сейчас получишь некие привилегии или послабления в режиме. Я решил дать тебе шанс проявить себя. Это, — лейтенант указал пальцем на включившийся монитор с электронным документом. — Приказ о твоём назначении на должность командира отделения. Учти — это сержантская должность и легитимность твоего назначения как командира нужно еще заслужить. Поэтому в твоём отделении будут десять самых тупых, тормознутых, недисциплинированных и отмороженных бойцов, из которых ты должен будешь сделать образцово показательных солдат. Это понятно?