Темнота скрывала фигуру, но дыхание она слышала отчетливо. Медленное и контролируемое - не испуганное, но напряженное.
Вдалеке послышались выстрелы и фигура вздрогнула. У нее тоже был пистолет, и она не боялась пустить его в ход.
- Сначала скажи, кто ты? – Голос, мужской, но мягкий, голос старика.
Она молчала. Ее разум лихорадочно перебирал варианты. Бежать – нет сил. Она и так дала фору любому марафонцу. Атаковать? Или?
Кто я?
– Я… – слова застряли в горле. Она не знала своего имени. Не знала, кто она. Только номер: Объект 737. Но это ведь не имя, а клеймо. У нее должно быть имя.
Она сделала ещё шаг в сторону, стараясь разглядеть говорящего. Постепенно её глаза привыкли к темноте. Мужчина. Высокий, с короткими волосами, в тёмной одежде, выглядевшей потрёпанной, но прочной. Он держал в руке что-то похожее на нож.
– Ты из лабораторий, – это было не вопросом, а утверждением, он вглядывался в ее лицо – Не может быть, как ты тут оказалась?
Она вздрогнула. Откуда он ее знает? Что еще он знает?
Мужчина медленно опустил нож, прищурился. Объект прохрипела в ответ.
– Ты… знаешь меня?
Он медленно кивнул.
- Знал. Когда-то.
Она сжала кулаки.
Он задумчиво кивнул.
– Плохо, если они тебя ищут. Очень плохо, - Он медленно оглянулся, потом стянул с себя куртку и бросил ей. Грубая ткань пропахла потом и сигаретным дымом.
– Ты… поможешь мне? – спросила она, впервые осознавая, насколько уязвима.
Он кивнул и направился в сторону мертвого города под гул сирен.
Глава 2: Предатель и насмешки.
Клетка была низкой, ржавой, пахла старыми костями и жирной пылью. Пол устилали обрывки мешков и плесневелая тряпьё. Холод железа впивался в спину, но она не подавала виду.
Старик ее предал сразу. Он предложил ей укрытие — старый подвал под складом. Там было тепло. Он дал ей куртку и кусок хлеба. Она впервые за долгое время позволила себе почувствовать безопасность.
И ошиблась.
– Я слышал, они ищут особенную, – говорил он позже, не глядя на неё. – Одну из старых серий. Иммунную. Уникальную. Очень ценную.
Она смотрела на него, не понимая, почему он говорит это с таким спокойствием.
– Что ты…
– Ты не выживешь одна, – перебил он. – Но можешь быть полезной. Им.
И тогда снаружи раздался стук. Голоса. Люди в капюшонах. Сектанты.
Она смотрела на него, пока его глаза не дрогнули. Виноватых в них не было. Только усталость.
– Прости. Но я тоже хочу жить.
Он вышел к ним первым.
А её уже ждали.
Снаружи горел костёр. Вокруг него сидели пятеро, все в одинаковых тёмных плащах, с повязками на глазах или длинными масками, прячущими лица. Кто-то жевал. Кто-то точил нож.
Они не говорили с ней — о ней говорили, как будто она — вещь.
– Ты видел, какая у неё кожа? Прямо как у новеньких. Ни пятен, ни гнили. Чистая.
– Они сказали, она дышит без помех. Лёгкие работают.
– Может, она и правда из «нулевых»? Один из первых Объектов?
– Тогда Каин не станет ждать.
Это имя звучало у них почти как заклинание. Каин. Она не знала, кто он. Но они ждали его, как кого-то важного… и очень опасного.
Они не были похожи на фанатиков из легенд — кричащих, безумных, одержимых.
Нет. Те, кто окружали костёр, были спокойными. Наблюдающими.
Их спокойствие было хуже крика.
Пятеро.
Одна – седая, худая до прозрачности.
Её лицо пересекали глубокие морщины, но глаза — будто выбеленные, стеклянные — смотрели прямо в душу. Она держала чётки из сухих человеческих пальцев, перебирая их, как если бы молилась.
Вторая, с зашитым ртом.
Нитки были чёрными, грубыми. Но губы под ними изогнуты в странной, болезненной улыбке.
Она не говорила. Она просто наблюдала, как зверь, готовый прыгнуть.
– А кожа действительно как у младенца, – прохрипела седая, освещая факелом ее клетку, – Или как у мясника перед первым резом.
Она захохотала, хлопнув по плечу своего соседа, мужчину с ожогами на шее и груди, он сидел ближе всех к костру. Его кожа трескалась от жара, но он не отодвигался.
Время от времени он смотрел в клетку и произносил странные фразы, будто на другом языке:
«Плоть едина. Голос с нами.»
«Молчание ведёт. Хор не врёт.»
Рядом с ним сидел еще один. Толстый и грузный, с руками хирурга. Он ворошил пепел, вырезал что-то ножом из костей — мелкие фигурки, похожие на человека без лица. Иногда бросал их в огонь и прислушивался к потрескиванию.
И пятый, молодой, с повязкой на глазах.
Он сидел отдельно, но чувствовалось: его слушаются. Он был не лидером, но глазами Каина. Иногда он поворачивал голову, будто слышал нечто, что не звучало вслух.