Пренебрегать чертовски хорошим советом я не стала, поспешила взять ключи и заперлась изнутри. Новый замок поддался не сразу, и виной тому скорее были дрожащие руки, чем что-либо еще, но мысль о том, что если бар опять подожгут, и я не смогу быстро открыть дверь, нахлынула на меня чертовски моментально. Гребаная жалкая истеричка. Мне нечего здесь бояться. Мне вообще нечего бояться. Да и это место. Я не единожды коротала ночи тут: подготовка к экзаменам, отчеты по оборотам, пьяный и нервный Ньютон. Софа в кабинете позволяла тут переночевать, а в шкафу лежали пара пледов и подушка. Желания добираться домой не было. Если меня достанут, то какая разница, здесь или дома. Я нигде не в безопасности. И у меня уже совсем нет сил.
Открыв находящиеся в кабинете, а таких было два, маленькие и, к моему счастью, не пострадавшие, и не заколоченные окна, впуская вечернюю прохладу в помещение, я достала сотовый.
– Лиам, спасибо за милого полицейского, но я переночую в баре, – я оставила Эйдену сообщение на автоответчике и упала на диван, который после тяжелого дня показался мне просто неимоверно удобным и мягким. Некоторое время я еще вглядывалась в экран.
Мой телефон сегодня молчал. Франко не перезвонил. Руки так и норовили набрать его еще раз, и я почти сдалась, но, отбросив все мысли и телефон прочь, уставилась в потолок.
Не знаю, когда меня одолел сон. Я словно провалилась в темноту. И мне понадобилось несколько минут, чтобы прийти в себя и понять, где я, когда сон начал отступать. Ни телом, ни головой я не чувствовала отдыха и даже сказала бы, что я не спала, а просто провалилась в дрему на несколько минут, если бы не комната, в которой было светло независимо от лампы, которую я вчера не погасила. Солнце пробиралось сквозь открытые окна, нагревая помещение и словно пытаясь открыть в нем второе дыхание. Жизнь в городе уже кипела полным ходом, о чем свидетельствовали быстро проезжающие машины, то и дело сигналящие друг другу.
– Десять утра, черт, – выдохнула я, уставившись в телефон, на котором со вчерашнего дня сменились разве что дата и время.
Франко не звонил. Лиам тоже. А больше и некому.
Кое-как приведя себя в порядок и заварив кофе, я упала на уцелевший стул в углу зала и принялась разглядывать бумаги со счетами. Кроме кучи дел, которые черной тучей висели надо мной, еще мне нужно посчитать убытки, составить список того, что мне потребуется приобрести заново, а что можно починить своими силами…
После того, как я едва начала прикидывать, во сколько времени, сил и денег мне это обойдется, я поняла одно: мне некогда жалеть себя, и, собравшись с силами, я принялась спасать то, что есть… ну или осталось.
Первым делом взгляд упал на пол. После того, как пожарные залили его водой, дерево повело, и он стал похож на кочки в лесу. У западной стены пол вообще превратился практически в обугленные куски. В центре был кусочек, который еще можно было хоть как-то спасти. Потом мой взгляд упал на уголок доски возле барной стойки, который, если рассуждать логически, не должен был бы торчать. Огонь туда не добрался. Вода вроде как тоже. Вес пожарников и оборудование… быть может. Или приподняться уголок заставило то, что целостность напольного покрытия в целом была нарушена?
Отложив бумаги и отставив кофе, я медленно подошла к стойке и, упав на колени, поддела дощечку. Она поднялась. Сглотнув, я потянула еще одну, и она тоже легко поддалась, словно так и было задумано. Потом третью. Четвертую. Это было похоже на тайник. Еще спустя парочку частей напольного покрытия передо мной оказался черный кейс. Черный, мать его, кейс. Достав его, я с удивлением посмотрела на кодовые замки, которые, к моему огромному удивлению, не были закрыты. Сложилось такое впечатление, что прятали это сокровище явно в спешке, и, возможно, именно из-за нехватки времени доски и были уложены неправильно или неплотно, что в результате и сдвинуло их с законного места.
Я провела ладонями по слегка шероховатой коже. Кейс был не из дешевых. На мгновение я даже подумала, что там бомба, отчего самой стало смешно, но доступ сюда был только у Ньютона, а значит, внутри то, что однозначно было важным. Я поймала себя на мысли, что даже не задумалась о том, нужно ли мне заглядывать внутрь, а просто принялась поднимать плотные холодные металлические защелки над замками. С осторожностью открыв его, я ахнула. Кейс был полностью забит пачками денег, а к верхней крышке крепилась внушительная прозрачная папка с бумагами. У меня сперло дыхание. Во-первых, я никогда не держала в руках столько денег. А во-вторых, я точно поняла, что все это не к добру. И, возможно, лучшим вариантом было бы вернуть все к тому, как было, но…