– Сварю кофе, – подпрыгнула я и, оторвав кусочек корочки от пиццы, чтобы закинуть его в рот и утолить голод хотя бы немного, направилась к барной стойке.
– Э, нет, детка, лучше пива. У меня сегодня выходной, – рассмеялся Лиам и, завалившись на уцелевший диван, отправил полкуска пиццы себе в рот. – И я тебя внимательно слушаю. Что за срочность?
На секунду я замерла, опять сводя все воедино, но потом заставила владеть ситуацией себя, а не панику внутри. Кроме меня, никто этого не решит. Значит, все дело во мне, на мне, со мной и вокруг меня. Все зарыто глубже, чем я думала. И самое главное, чтобы близкие мне люди не пострадали.
Лиам поможет. Он всегда помогал, и я могу ему доверять… да и больше некому. Поэтому сейчас я попросту все ему расскажу, и пусть он решает, что делать дальше.
Сварив себе кофе и взяв Лиаму бутылку «короны», я села напротив него на табурет.
– Выкладывай давай, – внимательно уставился на меня друг, пока я сидела словно в ожидании гребаной казни, подбирая слова, с которых начать, хотя в голове ни одного правильного и близко не было.
– Вчера, когда рабочие ушли, – начала я и засмеялась, – кстати, спасибо за это, но не стоило. Я не знаю, когда отдам тебе деньги, Эйден.
– Брось, кушай и не отвлекайся, – вовлеченно произнес он и, сбросив чей-то вызов, в ожидании уставился на меня.
– В общем, сегодня с утра я кое-что нашла.
– Клад? Твой ненаглядный оставил заначку? – опять рассмеялся он. – Ньютон все-таки позаботился о тебе?
– Да, – сглотнула я и уставилась на друга. Шутка не прошла мимо меня, и тот кусок пиццы, что я закинула в рот, странным комом тошноты накатывал на меня, застряв где-то в районе горла. Я попыталась дышать ровно и успокоиться. Ньютон Пэрриш был не из тех, кто в результате о ком-нибудь бы позаботился, и это прекрасно понимала не только я. Эйден изменился в мгновение ока. Его игривый тон исчез, лицо стало строгое и серьезное, и он смотрел на меня выжидающе. – Точнее, почти. Я не знаю, Лиам.
Я завертела головой в попытке привести мысли в порядок.
– Молли, что ты нашла? – подался вперед Лиам, отставляя пиво, вытирая руки салфеткой и слегка нервно опять сбрасывая чей-то вызов.
– Кейс. С деньгами и документами.
– Черный такой? С синей окантовкой и коричневой ручкой? – осторожно спросил Лиам, и я утвердительно кивнула, лишь спустя мгновение поняв, что Эйден явно знает больше моего.
Повисла пауза.
– Ты кому-то говорила? – явно намекая на Франко, не унимался с вопросами друг, хотя мне кажется, что это я должна спрашивать, откуда он все знает. Но в какой-то момент мне стало плевать на кейс. Сердце что-то кольнуло. Франко не на связи уже второй день.
– Кому, Лиам? У меня, кроме тебя, и нет никого, – залепетала я, задыхаясь. – Тебе-то и позвонила.
– Хорошо, – ответ прозвучал больше для него самого, нежели для меня. Лиам опять сбросил вызов и сунул сотовый обратно в карман. – Покажешь мне?
– Ну да, – растерянно ответила я и, упав на колени возле барной стойки, принялась разгребать пол, чтобы достать чертов клад.
– Под полом? Ты серьезно? – рассмеялся он. – Может, помочь?
Но я уже справилась, вытаскивая на свет кейс, который сама же и запихнула туда немногим ранее. Друг излучал сплошной шок. Дважды моргнул. А затем даже выругался.
Положив чертово приданое на стол, я его открыла.
– Ты его вскрыла? – с подозрением посмотрел на меня Лиам.
– Нет. Он не был закрыт на замки, только на защелки, – я опустилась на табурет.
– Ты смотрела, что там? – я кивнула, а друг притянул кейс к себе, отодвинув пиво.
– Лиам, на самом деле я не сильна в документах и ничего из этого не понимаю, – твердила я, пока Лиам одной рукой держался за голову, а второй перебирал листки. – Но вот тут, – я ткнула пальцем в парочку листиков, – внизу имя Ньютона и… Луки, брата Франко. Там еще есть имена, но я их не знаю…
– К сожалению, я знаю, – выдохнул Лиам так, словно он обречен, наступил конец света, и в нас с минуты на минуту врежется большой метеорит. – И, к сожалению, большому сожалению, это как раз то, о чем я и думал.
– Меня тогда об этих бумагах спрашивали? – тихо спросила я.
Эйден лишь кивнул, не отрывая взгляд от текста. Значит, я права. Это все приданое от семейства Моретти. Те самые проблемы, которые достались мне по наследству от Ньютона Пэрриша.