Учтивость. Это было странно. Мне даже стало не по себе.
– Двойной эспрессо будет идеально, – ответил я слишком на автомате, поймав себя на мысли, что все эти годы моего скитания словно остались призрачным воспоминанием, как что-то нереальное. Мне было достаточно снова просто оказаться в этой атмосфере, где на тебя смотрят, как на… главного, чтобы отмотать гребаное время вспять.
За всю оставшуюся дорогу больше никто не проронил ни слова. Я смотрел в окно, пил кофе, который должен был по идее перезагрузить мои мозги, но, несмотря на крепость напитка, эффект наступал слишком медленно. А вот добрались мы довольно быстро.
– Мистер Моретти ждет вас, – парень, принесший мне кофе, произнес это так монотонно и на миг запнулся, словно задумавшись, кого как называть, ведь «мистер Моретти» в результате оказался не один. Я улыбнулся от комичности ситуации.
– Я понял. Дорогу знаю.
Отсалютовав охранникам, я поднялся на крыльцо дома.
На мгновение я застыл и осмотрелся. С того дня, когда я был здесь в последний раз, прошло чертовски много времени, но сейчас казалось, что все происходило буквально вчера. Здесь, в этом доме, как и вокруг, ничего не изменилось, и гребаные флэшбеки моего детства и юности так и норовили захватить меня в свою власть. Я сопротивлялся, как мог, шаг за шагом медленно двигаясь среди знакомой обстановки, но стараясь впитывать все, как впервые. Все те же белые стены, все та же мебель, которую выбирала мать, и те самые красные розы, за которыми она ухаживала каждое утро. Я был… дома.
Уго появился на пороге с сигарой в руках, измученным видом и закатанными до локтей рукавами бежевой рубашки. Я не видел брата довольно много времени, а последняя наша встреча произошла не при лучших обстоятельствах. Что изменилось сейчас? Чего мне ждать? Допроса про Ребекку?
– Франко… – начал Уго, но я его тотчас же перебил.
– Это не я, клянусь, – вскинул руки я и, опустившись в плетеное кресло, наконец-то закурил.
– Я знаю, – кивнул Уго, – сейчас в городе сложная ситуация, я предупреждал.
– Здесь я тоже ни при чем, – выдохнул я. – Я не лезу ни в твои дела, ни в дела Луки или кого бы там ни было еще.
– Я знаю, – ухмыльнулся Уго. Могла ли его едва уловимая улыбка означать, что для меня еще не все потеряно? Или это была порция яда для моего и так ослабленного организма?
– Ну, тогда скажи Фостеру, а особенно Луке, что я не имею к происходящему никакого отношения, и я пойду обратно туда, откуда пришел, – бросил я и потянулся за чашкой принесенного свежесваренного ароматного кофе. Очередная порция моего допинга, действия которого я не чувствовал.
– Я уже говорил с Фостером, но разговора с ним тебе не избежать, – взор Уго снова был холодным, но одновременно и родным.
– Странно, что Фостер сейчас всех волнует больше нашего с тобой общего брата, и да, я говорил с ним, – бросил я сквозь смешок, – и да, спасибо, я все еще цел!
– Франко, сейчас все нужно решать очень оперативно.
Нас прервал звонок телефона. Уго неоднозначно посмотрел на меня, прежде чем ответить, и поднес трубку к уху.
– Молли? – не скрывая удивления, произнес он. – Чем обязан?
И вот так меня пробила тысяча вольт. Как я мог забыть о том дорогом, нежном и светлом, что было в моей жизни? Я уже был готов сорваться и лететь к своей сахарной девочке, но еще и хотел знать ответы на вопросы, которые слишком быстро возникли в моей голове. Почему она звонит Уго, а не мне. Руки судорожно зашарили по карманам, и я вспомнил, что разряженный телефон остался в моей квартире. Но откуда у Молли номер моего старшего брата? И что такого вообще могло произойти, что заставило ее позвонить ему?
Я запустил пальцы в волосы, до боли дергая пряди от осознания своей беспомощности и ненужности.
Я, мать вашу, начинал ненавидеть себя за то, какой гребаной амебой становился. Это был не я: сопляк, не умеющий расставлять приоритеты и заботиться о дорогих ему людях.
Я поднял голову и посмотрел на брата, который с интересом разглядывал меня и слушал свою собеседницу, с которой должен был говорить я. Уго задумался на мгновение, а потом кивнул.
– Где ты сейчас? – ровным тоном спросил он. Значит, все хорошо. Но по его взгляду не скажешь.
«Машина готова, босс», – бросил один из парней, поймавший взгляд Уго несколькими секундами ранее.
– Франко с тобой? – спросил Уго, чем озадачил меня. Зачем он спрашивает, если знает, что я с ним, а не с ней? Что, черт подери, происходит такого, о чем я не знаю?