Молли зашевелилась, а это означало неизбежные разговоры «о нас». Но как мне на них реагировать? Я шел к ней вчера… не знаю, я просто пришел сюда, потому что не мог иначе, я нуждался в ней и просто был обязан увидеть эти карие глаза. А то, что случилось позже… Если она подружка Эйдена, тогда я гребаный говнюк, но даже если бы я и хотел что-то с собой сделать, отказаться от этой девочки, то понимаю, что ни хрена бы не смог! Это была странная потребность… в ней. Я не могу сказать, что эта ночь была лучшей. Нет. Но эта ночь была особенной только потому, что я этого желал. Неимоверная эмоциональная встряска, от которой кончики пальцев дрожали до сих пор.
– Ты не спишь, – посмотрела на меня девушка. Под глазами на молочной коже залегли тени. Она была истощена и явно не высыпалась. Не я один не мог найти покой в этом мире.
– Я мало сплю, – ответил я.
А после наступила какая-то зловещая тишина. Я просто смотрел на нее, ожидая хоть чего-то, а не обычного молчания. Разглядывал ее лицо, на котором не было ни грамма косметики, густые короткие ресницы, взлохмаченные по моей же вине волосы, прядь которых тоненькими пальчиками она только что откинула назад. Пытался найти хоть что-то, что заставит меня уйти… но с каждой секундой лишь больше хотел остаться.
Затем она потянулась ручкой под свою подушку, доставая оттуда маленький шелковый халатик. Отвернувшись, словно стесняясь, она опустила ножки на пол и села на кровати. Перед моими глазами была ее спина, такая красивая, с идеальными изгибами талии. Каштановые волосы рассыпались по белоснежной коже, доходя почти до лопаток. Она быстро накинула черную ткань, с тихим шелестом скользнувшую по ее телу, и поднялась с кровати. Я все еще лежал, не отрывая от нее взгляда и не нарушая той тишины, которая повисла в воздухе. Но мне как никогда были нужны ответы на вопросы, на которые зачастую доводилось отвечать мне. Я не знал, кто мы теперь. И она, наверное, не знала, но не задала ни одного вопроса. Это был не просто секс, и я понимал, что мне мало. Я хотел ее снова. Я хотел чувствовать ее запах и касаться ее кожи. И едва держал себя в руках.
Запахнув коротенький халатик, она наконец-то обернулась. Ее губы дрожали, взгляд метался, словно она боялась смотреть мне в глаза, а щеки окрасил румянец, которого совсем недавно еще не было. Теперь у меня не было сомнений: она стесняется меня… или того, что произошло.
– Чай… будешь? – спросила она, переминаясь с ноги на ногу и обнимая себя руками.
Девочка была совершенно иной, и, как бы я ни хотел признаваться себе в этом, это меня пугало. Это была совсем другая Молли, нежная, скромная, стеснительная и ранимая, и я не умел обращаться с такими девушками. Я даже не знал, какого ответа на этот вопрос она от меня ждет. А это же просто гребаный чай! Это было чем-то новым. Это было из разряда добрых волшебных историй, но мой мир скорее триллер, нежели сказка.
– Да… если ты не против, – ответил я, наблюдая за ее реакцией.
– Я… – начала указывать она рукой в сторону деревянной двери, – только в… в ванную.
Когда Молли поспешно удалилась, а это было похоже именно на побег, я откинулся на кровати, снова уставившись в потолок. Опять попробовал обдумать случившееся, но мыслей не было. Как и сил лежать.
Поднявшись, я оделся и направился в кухню, разглядывая по пути скромную квартиру девушки. Было видно, что Молли не из тех, у кого деньги текут рекой, но, несмотря на то, что многие вещи уже следовало бы выбросить по причине их полной изношенности, порядок и чистота царили везде.
Боковым зрением, минуя коридор, я заметил новые дверные замки и цепочку. Молли чего-то боялась, и это хреново. Еще одна загадка, и мне даже кажется, я знаю, о чем. Возле входной двери я заметил бейсбольную биту и ухмыльнулся. Наивная. Неужели она думает, что это спасет ее? Особенно если это будут головорезы Моретти.