– Я знаю, что незавидный жених, но, думаю, пока здесь нет Эйдена, который оторвет мне голову, если увидит, как я тебя целую, это ничего.
Губы Молли снова тронула нежная улыбка, и, приподнявшись на носочках, Молли легонько коснулась моих губ. Но, черт возьми, этого мне было мало. Я хотел большего. Я хотел ее всю.
Посетителей в баре сегодня было много. Занятыми спустя короткий промежуток времени были все места, и больше половины вечера мне пришлось сидеть одному, так как Хлоя не справлялась, и Молли пришлось ей помогать. Но, по крайней мере, у меня было время подумать обо всем происходящем. Или стараться не думать.
Уйдя в себя, я не заметил пропущенных звонков на сотовом и того, как бар опустел. Время подходило к полуночи.
– Пока, Франко, – кокетливо бросила Хлоя, проходя мимо меня к выходу.
Я всего лишь махнул ей рукой.
– Вот и все, – облегченно вздохнула Молли, положив руки мне на плечи и зарывшись носиком в мои волосы.
Черт, это было великолепно.
Я был готов сидеть так неподвижно, позволить ей продолжать, водить руками по моей спине и прижиматься ко мне сзади просто в таком невинном объятии, и, возможно, я бы повернулся и, притянув ее к себе, сделал то, о чем думал ранее, но звук колокольчика над входной дверью сообщил, что у нас гости. Вероятно, Эйден проверяет, не делаю ли я чего из ряда вон выходящего.
– Мы закрыты, – отстранившись, произнесла Молли.
И я понял, что это не Лиам. Напряжение охватило меня слишком моментально.
– О, мисс Митчелл, думаю, для нас вы открыты всегда, – раздался у входа грубый голос.
– Вы… – дрожащим голосом начала Молли. Объяснять, кто это, потребности не было. Время меняется. Люди, работающие на клан Моретти, нет!
– Пришли напомнить вам о вашем долге и попросить, чтобы вы поспешили, иначе мы…
– Не советую, – залпом опустошив кружку, сказал я, не давая ему возможности договорить, и повернулся на стуле. Это было тем шагом, благодаря которому я переступил черту, державшую меня вдали от всего этого. Но был ли у меня выбор?
Передо мной стояли два головореза, принадлежащих Луке. Я неплохо знал этих амбалов. Ведь раньше они работали на Уго, а теперь, похоже, перешли по наследству.
Но и они чертовски удивились, увидев меня.
– Какая встреча, мистер Моретти, – хмыкнул один.
– Мистер Моретти, – бросил другой с сарказмом.
– Было не очень приятно вас увидеть, но, думаю, на этом нашу встречу можно закончить, – сказал я и, взяв Молли за руку, оттянул ее назад, заслонив своей спиной.
– У нас есть приказ напомнить этому милому существу об ее долге, – лениво пояснил один из головорезов.
– Можете передать, что вам помешали это сделать, ну или что у вас проблемы с памятью. Я серьезно.
– Приказы нам отдаешь не ты… больше не ты, – процедил второй.
– Все меняется, – буркнул я себе под нос.
– Что? – переспросил один из них.
– Ну, можете уточнить, кто отбил вам память, – бросил я, понимая, что без драки все-таки не обойдется.
Я повернулся к Молли и, приобняв, сказал:
– Молли, спрячься в подсобке и, если это кончится не в мою пользу, звони Лиаму.
– Но… – она смотрела на меня широко раскрытыми глазами, в которых плескался страх…страх за меня! Но я не мог подставить под удар и ее тоже.
– Никаких «но»…
Правда, договорить я не успел.
Один из громил поднял стул и разбил его об стол. Молли испуганно закричала, подскочив на месте. К этому все и шло. Они пугают погромом.
– Уйдите по-хорошему, парни, – процедил я, прекрасно понимая, что шансы победить их в схватке минимальны. Нужно быть реалистом. Уго берет на работу лучших или как минимум хороших в своем деле, а здесь лишь я, безоружный и слегка пьяный.
Но они не собирались уходить. Один двинулся на нас, пока другой продолжал крушить мебель. Когда этот амбал дошел до меня, я, замахнувшись, что было сил врезал ему в челюсть. Второй подскочил тут же, целясь мне в лицо, но, к счастью, я успел уклониться. Однако это мне мало помогло. Жесткий удар по печени вывел меня из равновесия, но другой такой же удар я все-таки успел блокировать, двинув с локтя амбалу, что стоял позади меня, под дых и заехал первому, только поднимающемуся, еще раз в челюсть, снова уложив его на пол.
– Франко! – вскрикнула Молли, и я повернулся посмотреть, все ли с ней в порядке, теряя драгоценные доли секунды.
Громила, что находился позади меня, оправился слишком быстро и, заломив мне руки, сделал мой торс открытой территорией для ударов своего дружка.
– Ты труп, – зло прошипел, вытирая кровь, тот и дважды заехал мне по лицу. Я услышал, как хрустят мои кости.
Третий его удар остановили звук колокольчиков над входной дверью и звонкий щелчок вздергивающегося затвора.
– А теперь, мальчики, дружно закончили свое представление перед дамой, – громко произнес Эйден. Сплюнув кровь, я как никогда обрадовался появлению этого сукина сына.
Громилы отпустили меня, и я поднес руку к разбитому носу, из которого тонкой струйкой сочилась чертова кровь. Мне даже стало смешно. Давно я не получал такую взбучку. Уверен, Итан опять назовет меня красавчиком, когда увидит мой гребаный боевой раскрас.
– Эй, парень, брось, – прогромыхал один из нападавших Лиаму.
– Пошли вон отсюда, или сейчас вас заберут в участок, – зло бросил тот.
– У тебя будут проблемы, Эйден, – отчеканил, отступая, бандит.
– Да ты знаешь… – начал наезжать второй.
– Знаю, – оборвал его коп и, держа непрошеных гостей на прицеле, дождался, пока они покинут бар.
– Мы еще вернемся, красавица, – закрывая за собой дверь, прокричал один из парней.
Молли подбежала ко мне, зажимая ладошками мое лицо, словно ей было архиважно рассмотреть каждую клеточку на нем. Но я был в гребаном порядке.
– Лед… я принесу тебе лед, – дрожащими руками убрав волосы со своего лица, она развернулась на пятках и побежала за барную стойку. Я же смотрел на своего гребаного спасителя, который внутри себя, вероятно, злорадствовал над тем, что мне оказалась нужна его чертова помощь. Но он молчал. Пока что. Лиам спрятал пистолет, закрыл на защелку входную дверь в бар и подошел ко мне практически впритык. Его глаза изучающе смотрели на меня. Молли же бегала туда-сюда, таская мне лед.
– Моретти, – наконец зло прошипел Лиам.
– Ну привет, Эйден… еще раз, – ответил я, прикладывая к скуле пакет со льдом, замотанный в темно-коричневое полотенце, который сунула мне в руки Молли.