Четвертое июля было гребаным знаменателем. Тогда я тоже взорвал тачку. Правда, среди пустыни, и мне пришлось ехать в чертовом «кадиллаке» Миллера на заднем сидении, притворившись мирным пассажиром, пока Дженнифер рассказывала, как давно она мечтала побывать в Мексике. Да… фейерверк был еще тот. И практически все время, пока я ехал, перед глазами стоял на повторе момент того гребаного взрыва, от которого я едва унес ноги. Но потом картинка пропала, и я не знал, что происходит, просто чувствовал что-то неладное.
Я бы мог добраться в центр намного быстрее, но моя интуиция словно что-то чувствовала, заставляя меня нарезать круги по городу, прежде чем я туда приехал. Остальное время, что я колесил, все было занято мыслями. Зачем я это делаю? Мое сознание словно было под гипнозом, словно запрограммировано делать именно это, без возможности послушать здравый смысл Миллера и просто все отпустить. Каждый раз, когда я сворачивал направо, уезжая подальше, невидимая сила заставляла меня сворачивать обратно, снова и снова приближая меня к зданию суда. Я пытался переубедить себя или решить, что делать, просто посмотреть или угнать тачку средь белого дня. Решения так и не было, а я уже был здесь.
Я припарковался, как всегда, напротив, чтобы хорошо видеть и вход в здание, и машину, и кафе, в котором так любила обедать Ребекка.
Достав из кармана ключи от этой злосчастной машины, я улыбнулся. Эта игрушка доставила мне хлопот. Чего только стоило сделать эти чип-ключи. Облокотившись на машину и откинув в сторону мысли, я просто стоял и ждал, пока Беккс покинет свое пристанище.
К парковке подъехал черный спорткар. Какого черта? Лука. Кто бы сомневался, что он все еще играет на публику. На женскую публику. Он как всегда. Вышел. Закурил. Поправил майку, под которой блеснул пистолет, потянулся в тачку, выудил куртку и надел ее на себя, осматриваясь. Псевдохозяин.
Дверь в здание отворилась, и оттуда выпорхнула Ребекка. Отлично, братец увезет ее на своей тачке, чем облегчит мне задачу. Она широко улыбнулась и, поправив белоснежные волосы, повернула голову назад. Я затаил дыхание, ожидая, что ее недалекая помощница, как обычно, засеменит за ней, протягивая ей сумку. Но глазами я все еще всматривался в Ребекку. Даже сейчас она заставляла меня забывать, как дышать. Даже после того, как я узнал, что она сделала.
Сразу за ней сверкнула рыжая копна волос. Вместо помощницы появилась сестра. Вот оно что – причина, по которой Лука здесь. Немного ниже ростом, едва увидев солнце, младшая Фостер скрыла глаза за огромными темными очками. Теперь я понял, кому улыбалась Ребекка, и для кого так прихорошился мой младший братец. Словно в Средневековье: старшему наследнику старшая из сестер, младшему – та, что поменьше. Только вот планы неожиданно изменились. Младшему досталось все.
Ребекка достала что-то из сумочки и, положив в руки Ванессы, поцеловала сестру в щеку. Младшая Фостер широко улыбнулась, и, даже несмотря на темные очки, я знал, что улыбалась она никак не сестре и ловила явно не ее взгляд. Она откровенно имела мыслями и взглядом Луку. Они стоили друг друга.
Младшая Фостер пошла к машине. Черт. Я не так себе это планировал.
– Беккс, ты, как всегда, портишь мои планы, – пробормотал я, понимая, что сегодня эта машина катает другого.
Ванесса скрылась в машине сестры, сама же Беккс застыла возле Луки, подарив ему протяжный поцелуй в щеку. То еще зрелище. Ну что же, значит, сегодня не судьба.
Отвернувшись, я ударил кулаками по крыше своего «форда», а затем, положив голову на руки, пытался размеренно дышать. Все, что я сейчас хотел, это привести мысли в порядок. Возможно, даже оказаться рядом с Молли, в ее теплых объятиях, которые, возможно, смогли бы помочь мне переключиться или и вовсе отказаться от этой задумки.
Я уже тоже хотел садиться в машину, открыв дверцу, как от громкого звука заложило уши, а тело, казалось, обдало потоком сильного горячего воздуха. Это был взрыв. Не сразу сообразив, что произошло, я повернулся и забыл, как дышать. На месте, где несколько минут назад стояла красная кукольная «ламборджини», был просто огромный костер.
– Ванесса! – практически одними губами выдохнул я, все еще не соображая, что мне делать.
Фостер не шутил? Это реальная угроза, и теперь… Ванесса мертва?
Сунув руку в карман в попытке найти телефон, я заметил, как из машины Луки показался он и… рыжая копна волос. Что?!
– Беккс, – закричала Ванесса, выбегая из машины моего брата.
И только сейчас я понял, что, черт подери, произошло. В тачке была Ребекка. Но… как? Нет! Нет, черт подери! Этого не может быть. В машину садилась Ванесса, а теперь Ребекка… моя Ребекка…
Я с ужасом смотрел на происходящее. Черт подери, там должен был сидеть я! В этот момент от понимания, насколько близко была гребаная кончина, меня начало тошнить. По телу опять пробежала эта гребаная дрожь, но сегодня впервые в жизни она меня не заботила. Я… Я не соображал.
Практически на автомате быстро сев в свою машину, я нажал на газ, улавливая в зеркале заднего вида глаза Луки. Он увидел меня, черт возьми. Ребекка мертва. Теперь братец спишет все на меня.