— Не смей! — прорычал я в реальности, хотя в виртуале я просто отмахнулся от назойливого окна предупреждения. — Я почти нашел корень.
Я добрался до Ядра.
И тут меня накрыло холодом, от которого, казалось, замерзла сама душа.
Среди мешанины магических рун, древних символов и хаотичных эманаций я увидел то, чего в этом мире быть не могло.
Строчки кода.
Ровные, зеленые строчки на черном фоне.
На английском языке.
С комментариями.
// Warning: Dimensional barrier unstable. Keep output below 40 %.
// Last patch: protocol 0-12 by Operator Seven.
// Status: CRITICAL FAILURE. EVACUATE.
Оператор Семь. Английский язык. Термины из квантовой физики.
У меня пересохло в горле. Реальность пошатнулась.
Этот артефакт создали не «Древние Маги». И не боги, сошедшие с небес. Его создал кто-то из моего мира. Или из мира, очень похожего на мой. Техногенного. Высокоразвитого.
— «Зеркало», — прошептал я. — Это не название артефакта. Это название проекта связи. «Mirror Link».
Я выделил блок с координатами. Они были зашифрованы сложным полиморфным ключом, но подсказка лежала на поверхности — для человека с Земли. Ключом была периодическая таблица Менделеева. Точнее, атомные массы элементов, использованных в конструкции. В этом мире химия была другой, алхимической, и никто бы не догадался.
Я ввел команду расшифровки.
[Внимание! Обнаружен текстовый лог. Аудио-запись повреждена.]
На экране всплыло окно с текстом. Дат в привычном формате не было, только таймер отсчета миссии.
Запись 14. Мы застряли. Портал схлопнулся сразу после перехода. Энергии этого мира (они называют это маной, но это просто ионизированный пси-эфир) слишком много. Она искажает наши приборы. Джонс погиб — его нейроимпланты взорвались от перегрузки. Местные дикари приняли нас за демонов, когда мы вышли из челнока.
Запись 42. Я научился структурировать ману через код. Это единственный способ выжить. Я переписал драйвера интерфейса, чтобы управлять эфиром. Я спрячу маяк-передатчик в Родовой Усыпальнице рода… [ДАННЫЕ ПОВРЕЖДЕНЫ]. Если кто-то читает это — значит, у вас тоже есть интерфейс. Не верьте местным "богам". Это мутировавший экипаж. Ищите бункер "Исход". Координаты: 55.75… (Юго-запад, Зона Аномалии).
Текст оборвался.
Я вышел из погружения рывком, словно вынырнул с глубины. Грудную клетку сдавило, я судорожно хватал воздух ртом.
— Макс! — Инга тут же оказалась рядом, прикладывая к моему лбу холодную мокрую тряпку. — Ты не дышал две минуты! Я уже хотела бить током!
Я откинулся на спинку стула, пытаясь унять дрожь в руках. Сердце колотилось как безумное.
Я не первый.
Здесь были другие. Попаданцы с технологиями. Экспедиция. Корабль.
И они оставили наследие.
Магия этого мира — это не дар богов. Это результат техногенной катастрофы или эксперимента пришельцев.
— Ты что-то нашел? — Инга смотрела на экран, где для неё по-прежнему бежали бессмысленные колонки цифр. — Ты выглядишь так, будто увидел привидение.
— Хуже, Инга. Я увидел историю. — Я повернулся к ней. — Ты когда-нибудь слышала легенды о том, откуда взялись Великие Кланы?
— Ну… — она пожала плечами, вытирая руки ветошью. — В храмах говорят, что тысячу лет назад Небеса разверзлись, и с них сошли Прародители в сияющих колесницах. Они спасли людей от монстров Пустошей и даровали нам Дар.
— «Сияющие колесницы», — я нервно усмехнулся. — Десантные боты. А Прародители… это был экипаж аварийного исследовательского корабля. Они мутировали под воздействием эфира, обрели силу и стали править людьми как боги.
Инга замерла.
— Ты хочешь сказать… что наша магия — это инопланетная технология?
— Не совсем. Магия — это энергия этого мира. Но способ её использования, руны, плетения… это интерфейс, написанный программистами с Земли, чтобы хоть как-то управлять этим хаосом.
Я быстро скопировал лог на отдельную защищенную флешку, которую тут же спрятал в кольцо-хранилище (спасибо маминому подарку). А оригинал файла на ноутбуке я безжалостно модифицировал.
Я стер упоминания об английском языке, «Операторе Семь» и координатах бункера. Оставил только техническую часть про «структурирование маны» и формулу стабилизации, которую просила Анна.
«Цитадель» получит свою кость. Но мясо я оставлю себе.
— Что мы будем делать с этим? — спросила Инга, видя, как я прячу флешку.