К входу один за другим подъезжали лимузины и дорогие глайдеры. Из них выходила элита Империи: главы кланов, промышленные магнаты, звездные дуэлянты и светские львицы. Воздух здесь пах деньгами, дорогим парфюмом и лицемерием.
Охрана на входе была серьезной: рамки детекторов магии, сканеры ауры, бойцы в парадной форме с реальным боевым оружием.
Мы прошли без проблем. Мой статус «Агента Цитадели» (хоть и негласный, но прописанный в базах) давал зеленый свет, а Инга шла как мой партнер по бизнесу. «Медведь» на сканере вызвал удивление у начальника охраны, но лицензия рода Бельских (все еще действующая) сняла вопросы.
В главном зале царил полумрак, разрезаемый лучами прожекторов, направленных на сцену. За круглыми столиками, уставленными шампанским и закусками, уже сидели игроки. Официанты скользили между ними бесшумными тенями.
Я сразу нашел их.
Центральный сектор. Стол номер один. Самое престижное место.
Князь Андрей Бельский. Мой отец. Могучий старик с седой гривой, в мундире с орденами. Он сидел прямо, как будто проглотил лом.
Рядом — Дмитрий, мой сводный брат. Он выглядел скучающим, лениво покручивая бокал. И мачеха Елена, сверкающая бриллиантами, как новогодняя елка.
Они выглядели как королевская семья, принимающая подданных. К их столу то и дело подходили люди, кланялись, перекидывались парой фраз.
Отец что-то оживленно обсуждал с грузным мужчиной с пышными усами, сидящим за соседним столиком.
Граф Петр Морозов. Владелец сталелитейных заводов, танковой промышленности и прямой конкурент Бельских.
Я взял Ингу под руку. Её ладонь была ледяной.
— Дрожишь?
— Немного. Там твой отец…
— Он всего лишь человек. И сегодня мы покажем ему, что он может ошибаться. Идем. Поздороваемся.
Мы двинулись через зал. Шлейф платья Инги шелестел по ковру. Люди оборачивались. Кто-то узнавал меня, начинал шептаться. Кто-то просто пялился на Ингу.
Мы подошли к столу Бельских.
Дмитрий заметил нас первым. Его челюсть отвисла, когда он увидел Ингу, но через секунду, узнав меня, он побагровел.
— Ты?! — воскликнул он достаточно громко, чтобы привлечь внимание соседних столиков. — Как тебя сюда пустили? Охрана! Здесь посторонние!
Князь Андрей медленно повернул голову. Его взгляд был тяжелым, как могильная плита. В нем не было гнева, только холодное раздражение, как будто он увидел таракана на обеденном столе.
— Максим, — процедил он. — Я думал, ты уже побираешься на вокзале или сдох в канаве. Я ведь перекрыл тебе кислород. Твои счета пусты.
— Добрый вечер, отец, мачеха, — я улыбнулся самой вежливой, самой ядовитой улыбкой. — Кислород, к счастью, бесплатный. А деньги… деньги — ресурс возобновляемый. Познакомьтесь, это мой ведущий инженер и партнер, Инга Волкова.
Инга, к её чести, не стушевалась. Она выпрямила спину и холодно кивнула князю, копируя манеру Екатерины Волонской, которую мы видели вчера.
— Князь.
— Партнер? — фыркнула мачеха, окидывая Ингу взглядом, полным яда. — С каких пор бастарды имеют бизнес? Ты, наверное, пришел продать фамильное серебро, которое украл перед уходом? Или свои почки?
— Почти, — кивнул я. — Но товар чуть более технологичный. Не будем мешать вашему семейному ужину.
Я повернулся к соседнему столику.
— Граф Морозов, — я поклонился конкуренту отца. — Рад вас видеть. Наслышан о ваших проблемах с эффективностью новых мана-двигателей для танков. Присмотритесь к лоту номер 42. Думаю, он решит ваши проблемы. И создаст новые… для ваших конкурентов.
Морозов, хитрый старый лис, прищурился. Он перевел взгляд с меня на багрового от ярости князя Бельского. Он почуял интригу. Запах крови в воде.
— Любопытно, молодой человек. Весьма любопытно. Лот 42, говорите? Я запомню.
Я увел Ингу к нашему столику в тени, чувствуя, как взгляд отца сверлит мне спину. Интерфейс показывал, что аура князя нестабильна. Он был взбешен.
— Что ты задумал? — прошептала Инга, когда мы сели. — Морозов же враг Бельских! Они судятся за патенты уже десять лет! Твой отец ненавидит его!
— Именно. И сейчас мы продадим Морозову оружие, которое позволит ему выиграть эту войну. А отец будет смотреть и ничего не сможет сделать.
Торги шли своим чередом. Картины эпохи Возрождения, антикварные вазы, мелкие артефакты бытовой магии. Зал скучал, лениво поднимая таблички.
Но вот свет в зале погас, оставив только луч прожектора на сцене.