— Знаешь, что такое арбалет?
— Нет.
— Разумеется. Я так и знал, что дети будущего ничего не будут знать, кроме своих Хай Ви-Ар игр. Начнем с самого сначала. Тебе хотя бы известно, что такое миомодули?
— Мускулы дроидов. Такие пучки, которые сокращаются от тока.
— Иногда ты меня пугаешь проблесками эрудиции. Да. Графеновые волокна, собранные в особый пучок. Подаёшь ток — они резко сокращаются. Теперь представь раму с рычагами, блоками и натянутой миопряжей. Маленький аккумулятор. Кнопка. Нажал — и кусок арматуры летит в цель.
Вик окончательно проснулся.
— Тихо?
— Почти бесшумно.
— Сильно?
— Достаточно, чтобы человек пересмотрел планы на жизнь. Если попадёшь в живот — упадёт. В горло — умрёт. В броню стражника — останется жив, но разозлится, так что туда не стреляй.
— А выглядеть это будет…
— Как кабельный натяжитель. Стража никогда не выкупит, что эта штука может убивать. Они ищут плазменную активность и крупные батареи. Механическая дрянь их не волнует.
— Что потребуется для этой штуки?
— В том то и дело: всё под рукой! Я уже помню, где у Эгона лежат нужные детали. Миомодули — в третьем ящике под сварочным столом. Блоки — в коробке с надписью «не трогать, убьёт». Малый аккумулятор — в боксе у стены.
— Хорнет, вот мне интересно. А если Эгон спросит, откуда ты знаешь его мастерскую лучше него?
— Скажу правду. Я наблюдателен, а он старый скопидом с плохой системой хранения.
Вик усмехнулся. Потом снова вспомнил сон, и улыбка погасла.
— Ладно, майор. Пойдем мастерить твою «бесшумную смерть».
Следующие три часа Вик сидел у верстака и собирал самострел под командованием Хорнета.
— Не туда, — сказал майор.
— Ты это уже говорил.
— Потому что ты снова делаешь не туда. Удивительное постоянство!
Вик стиснул зубы, переставил миомодуль, затянул скобу. Конструкция всё больше походила на кабельный натяжитель: рукоять, рама, блоки, паз под короткий анкер. Только Вик теперь знал, что этот «инструмент» может пробить человеку бедро насквозь
Проснулся Эгон. Вытащил из-под верстака тележку, пнул колесо, выругался, пнул ещё раз. Колесо нехотя провернулось.
— Живая, — мрачно сообщил он. — Хотел бы я сказать это про нас после прогулки к Станции!
Завтракали быстро. Белковая каша пахла мокрым картоном. Сай ел с таким лицом, будто совершал подвиг, Вик проглотил свою порцию почти не жуя. После сна про мать любая еда казалась оскорблением.
Потом пошла работа.
Эгон набивал тележку товаром. На дно — танталовые матрицы, родиевые сетки, иридиевые контакты, силовую линзу и прочую мелочь, ради которой их могли прирезать в первом же тёмном переходе. Сверху — настоящий мусор: треснувшие кожухи, грязные фильтры, рваные кабели, куски труб. Получалось убедительно. На тележку хотелось смотреть как можно меньше.
Сай тем временем возился у Атланта. Подтащил к жёлтой туше моток силового кабеля, пару камер, датчики от «Сюзанны».
— Вик, — смущаясь, сказал он вдруг. — Думаю, я смогу запитать Атланта от проводов.
Вик даже переспросил:
— Ты?
— А кто? — Сайрус прижал к груди связку кабелей, будто это был не мусор, а младенец. — Я уже понял схему. Ну… почти. Майор объяснил.
Из динамика над верстаком донёсся сухой щелчок.
— Я сказал: «не трогай красные жилы, если хочешь сохранить пальцы». Это не значит, что ты понял схему.
— Значит, начну с синих.
— Прекрасно. Надеюсь, у тебя только близорукость, а не дальтонизм.
Сай сразу просиял.
— Я не дальтоник. И я справлюсь. Ну а что еще делать, пока вы там ходите?
Эгон буркнул, затягивая ремни на тележке:
— Ты, главное, не спали мне мастерскую.
— Честно говоря, — сказал Вик, примеряя самострел к руке, — Сай со сварочным аппаратом — самое страшное сочетание во Вселенной. Кроме вспышки сверхновой и Левиафана ксаридов. Хотя насчёт Левиафана я не уверен.
Наконец тележка была загружена. Сверху лежал натуральный мусор: треснувшие панели, гнутые кожухи, куски труб. Под ним — мешки с деталями, чью ценность мог выявить лишь спектральный анализ. На самый верх Вик положил десяток арбалетных болтов — обычных композитных стержней, заточенных с одной стороны.
Хорнет напоследок сказал:
— Не геройствуй, рядовой. Без меня качество твоих глупых решений резко падает.
— Вот и проверим, — ответил Вик.
Дверь закрылась за ними тяжело, с долгим металлическим вздохом.
Началось путешествие через нижние ярусы астероида А7Д5. Тележка сразу показала характер: скрипела, тянула влево, цеплялась колесом за каждый стык пола. Вик толкал. Эгон шёл впереди, выбирая не главный проход, а боковые коридоры.