Сай поставил у входа последний ящик.
— Всё. Больше не влезет!
— Влезет.
— Нет.
— Если вынуть кресло…
— Ты хочешь вынуть кресло из спасательной капсулы?
— Оно занимает место.
— Оно ещё может спасти нам позвоночники, если эта банка опять решит куда-нибудь лететь.
В канале щёлкнул Хорнет:
— Зафиксируйте исторический момент. Сай сказал разумную вещь до того, как Вик успел совершить крайне опрометчивый поступок.
— Майор, вместо болтовни занялся бы ты делом, — устало ответил Вик.
— Что?
Парень достал чип Зониса. Крохотный кристалл, способный принести двести солидов.
— Записать можешь?
— Могу. Что именно? Что будет на чипе?
— Код открытия шлюза
— Конечно, Вик.
Парень вставил чип, и дека замигала.
ЗАПИСЬ ПАКЕТА.
МАРШРУТНАЯ ПРИВЯЗКА: УРЕЗАНО. КЛЮЧ ДОСТУПА: ОДНОРАЗОВЫЙ. ПОЛНЫЙ ПРОХОД: ЗАБЛОКИРОВАН.
— Вот, — сказал Хорнет. — Теперь у тебя есть что продать, не демонстрируя неприличной щедрости.
Вик вытащил чип и спрятал во внутренний карман скафандра.
— Главное, чтобы Зонис за это заплатил.
— Какая трогательная вера в деловую этику падальщиков!
Устроившись на ящиках. Парни перекусили концентратами. Действительно, качество еды на Станции оказалось много выше. Сай аж заурчал от удовольствия.
— Наконец-то хоть что-то съедобное. Конечно, с настоящей едой не сравнить…
— Настоящей, это какой?
— Ну… настоящей. Мясо там, овощи.
Вик аж подскочил на месте.
— Ты ел мясо? Серьезно?
— Ну да, на Кене это обычное дело! — как ни в чем не бывало заявил Сай, но затем вдруг смешался и перевел разговор на другую тему:
— А когда мы пойдем к этому Зонису?
— Зачем там «мы»? Я и один могу.
— Ну, мне бы тоже хотелось побывать на Станции!
— Знаешь, если нас будет двое, мы привлечем вдвое больше внимания.
— Ты думаешь, нас ещё ищут?
— Возможно. Поэтому ты остаёшься здесь.
— Чтобы что? Сидеть здесь, как в банке, и ждать, вернёшься ты или нет?
— Чтобы не попасть вместе со мной.
— Поздно. Я уже вместе с тобой.
Вик поднял взгляд. Сай сидел перед ним, усталый, перепуганный, злой. Но теперь, после всего произошедшего, после боя с крысами, он чувствовал возникшее между ними родство. Наверное, это и называется «узы дружбы».
— Ладно, — наконец, сказал Вик. — Идём. Но если скажу бежать — бежишь, стоять — стоишь, скажу прыгать — спросишь, насколько высоко. Понял?
Сай кивнул.
Хорнет вдруг ожил в канале
— Послушайте, парни. Пока вы там ходите, мне совершенно нечего делать. Давайте, вы вставите меня в Атланта и отведете на мусорные поля. Я хотя бы нарою что-нибудь полезное, пока вы будете распивать чаи с местными негоциантами.
— Куда? Не боишься нарваться на крыс?
Майор не боялся.
— Просто надо найти отдаленные секторы, где никто не появляется. Тут мусора полным-полно!
Следующим утром Вик и Сай начали собираться на Станцию. Сначала отвели Атланта в подходящий сектор. Не без труда погрузчик протиснулся в узкий мусорный проход, потом в боковой сектор. Здесь вентиляция работала настолько скверно, а разлагающегося пластика было так много, что люди тут и не появлялись.
У нормальных людей была работа получше, чем умирать среди чужих отходов.
— Здесь, — оглядевшись, сказал Хорнет.
— Точно?
— Сектор Эгона уже засвечен. А тут я хотя бы не буду маячить у всех на глазах.
Вик проверил кабель, потом рубильник на временной развязке.
— Связь с нами удержишь?
— Вряд ли. Все-таки мы на астероиде. К тому же — набитом всяким барахлом.
Майора подключили и оставили тет-а-тет развлекаться с мусором.
Вернувшись на капсулу, Вик взял риветган. Проверил магазин. Девяносто зарядов. Аккумулятор заряжен на двести. Сай взял бластер, причем держал его так, будто тот умел кусаться.
— Нам только до поста дойти, — пояснил Вик. — Дальше с ним не пройдешь.
— А куда его денем?
— Оставим в техпомещении лифта. Мне Эгон показал.
Наконец, они пошли. Чип лежал во внутреннем кармане — маленький, но Вику он казался. тяжёлым, как целый ворох проблем.
Сначала всё было почти нормально. Тусклый свет. Старые трубы. Пятна влаги на полу. Далеко лязгал лифт. Где-то ругались двое грузчиков, и это даже успокаивало. Бутчеры их не беспокоили: то ли не обратили внимания на двух парней без груза, то ли оружие Вика оттопыривалось чересчур откровенно.