Изображение приблизилось. Девушка была в лабораторной мантии. Она что-то делала с панелью управления «Движка».
— Она не должна была там находиться одна, — прошептала Вектор. — Это грубейшее нарушение протокола.
— Может быть, ее заставили, — сказал Драко, не отрывая взгляда от экрана.
А потом он увидел это. В другом осколке, справа, был виден тот же момент, но с другого ракурса. И в этом ракурсе на стене лаборатории висело большое зеркало. Техническое, для наблюдения за искажениями пространства.
И в отражении в этом зеркале было видно ее лицо.
Оно было спокойным. Сосредоточенным. Но в ее глазах… не было страха. Там было… смирение. Словно она знала, что должно произойти, и принимала это.
Но это было не самое страшное.
Самым страшным было то, что в отражении, за ее спиной, стоял кто-то еще.
Фигура была размытой, искаженной временной аномалией. Просто темный силуэт. Не человек. Нечто высокое, в мантии с капюшоном, скрывающим лицо.
— Кто это? — выдохнула Вектор.
— В официальном отчете нет ни слова о втором человеке в лаборатории, — процедил Драко.
Он перевел взгляд на другой осколок записи. И еще на один. «Зеркала». Она не просто так назвала файл. Она давала ему ключ.
Лаборатория была полна отражающих поверхностей. Полированный металл аппаратуры. Защитные стекла. Даже начищенный до блеска пол. И в каждом из этих отражений силуэт выглядел по-разному. В одном он казался мужским. В другом — женским. В третьем у него, казалось, было слишком много конечностей.
— Что это за… существо? — Вектор отшатнулась от экрана.
— Это не существо, — тихо сказал Драко, и его осенило ледяное, чудовищное в своей простоте понимание. — Это парадокс.
Он снова посмотрел на отражение в главном зеркале. На спокойное лицо девушки. И на размытую фигуру за ее спиной.
— Она смотрит не на «Движок Кроноса», — прошептал он. — Она смотрит в зеркало. На того, кто стоит сзади. И она не боится.
Именно в этот момент на записи «Движок Кроноса» вспыхнул ослепительным светом. Изображение на всех осколках превратилось в белый шум. Конец записи.
Драко откинулся в кресле. Его сердце колотилось. Он только что стал свидетелем убийства. Или самоубийства. Или чего-то невыразимо худшего.
Он смотрел на пустой экран, на котором снова появилось одно-единственное слово.
ЗЕРКАЛА
Это был не просто ответ. Это был вопрос.
Она не спрашивала его, что произошло. Она спрашивала его, что он увидел. Потому что она сама, похоже, этого не знала. Этот файл был не ее воспоминанием. Это был единственный фрагмент ее прошлого, который у нее остался. Объективная, но искаженная запись ее собственного исчезновения.
Она была не просто жертвой. Она была главным свидетелем в деле о своей собственной смерти. И она ничего не помнила.
— Запроси у нее доступ к аудиофайлам с этого инцидента, — приказал Драко, его голос был хриплым.
Вектор с сомнением посмотрела на него, но подчинилась.
Экран мигнул. И на нем появилась новая надпись.
ТИШИНА
Слово висело на экране — холодное, окончательное, как надпись на надгробии.
— Она блокирует нас, — констатировала Вектор. — Отказывает в доступе.
— Нет, — Драко смотрел на слово, и в его голове складывалась картина. — Она не блокирует. Она отвечает.
— Отвечает что? Что там ничего нет?
— Хуже. Она отвечает, что там была тишина.
Он снова мысленно вернулся к отчету Огдена. К парадоксальным, взаимоисключающим строкам. «Комната была заперта изнутри». «Никто не входил». Он вспомнил беззвучные шаги в ее кошмаре. Отсутствие звука было не просто фоном. Оно было частью события.
— Профессор, — сказал он, не отрывая взгляда от экрана, — в лаборатории темпоральной механики были установлены звукопоглощающие чары?
— Разумеется, — кивнула Вектор. — «Движок Кроноса» при работе создает инфразвуковые колебания, опасные для человеческого уха. Вся комната — это, по сути, магическая вакуумная камера. Абсолютная тишина.
— Значит, аудиозаписи быть не должно.
— Именно. Поэтому ее ответ… логичен.
— Логичен, если бы она была машиной, — возразил Драко. — Но она — нет. Она не сказала «НЕТ ДАННЫХ». Она сказала «ТИШИНА». Она описывает ощущение. Свое собственное воспоминание об этой тишине.
Он снова закрыл глаза, пытаясь собрать воедино осколки. Безмолвная комната. Девушка, смотрящая в зеркало. Размытая фигура за ее спиной. Вспышка. Тишина.
Но что, если тишина не была абсолютной?
В магии, как и в природе, не бывает абсолютного вакуума. Всегда есть остаточный шум. Фон. Шепот реальности.