— Вектор, — он открыл глаза, и в них горел лихорадочный блеск. — У вас есть оборудование для усиления… остаточных магических сигнатур? Не аудио. А эха. Ментального эха.
Вектор нахмурилась.
— Вы говорите о психометрии на расстоянии? Это крайне неточная, почти эзотерическая область…
— У вас есть или нет?
— Есть… экспериментальный прототип. «Резонатор Сильванского». Он может улавливать отпечатки сильных эмоций, оставленные на неодушевленных предметах. Но он никогда не применялся к… цифровым данным.
— Давайте применим, — сказал Драко. — Подключите ваш «Резонатор» к этому файлу. Я хочу прослушать не звук. Я хочу прослушать тишину.
Вектор смотрела на него с сомнением, но спорить не стала. Она видела, что Драко нащупал что-то, чего не видела она. Она выкатила из ниши в стене сложный прибор, похожий на гибрид граммофона и астролябии, и подключила его с помощью серебряных проводов к консоли.
— Я усиливаю фоновый сигнал из файла, — сказала она, вращая медные диски на приборе. — Но предупреждаю, скорее всего, мы получим лишь белый шум.
Из рога резонатора действительно полился тихий, ровный статический шум. Шипение, похожее на звук далекого прибоя.
— Громче, — приказал Драко.
Вектор увеличила мощность. Шипение стало громче, заполнив лабораторию.
— Еще.
Шум стал почти оглушительным. Вектор поморщилась, прикрывая уши.
Драко не двигался. Он стоял с закрытыми глазами, вслушиваясь. Он слушал не ушами. Он слушал своей магией, своим истерзанным сознанием, которое после вчерашней атаки стало сверхчувствительным к подобным вещам. Он просеивал хаос статического шума, как золотоискатель просеивает тонны песка в поисках крупицы золота.
И он услышал.
Это было не слово. Даже не звук. Это было… нарушение ритма. Крошечная аномалия в хаосе. Едва уловимый, повторяющийся шепот, спрятанный глубоко под слоями шума. Он был тихим, почти подпороговым.
— …си…гил…лум… ме…ум… — шептал голос. Мужской. Низкий, ровный, почти безэмоциональный. Словно священник, читающий литургию. — …си…гил…лум… ме…ум…
— Вы слышите? — прошептал Драко.
— Слышу что? Шум? — Вектор смотрела на него с беспокойством.
Он не слышала. Ее уши, ее сознание не были настроены на эту частоту.
— Sigillum meum, — повторил Драко вслух. — «Моя печать». На латыни.
Он открыл глаза.
— Это не просто слова. Это часть заклинания. Формула запечатывания.
И в этот момент он понял, кем была та темная фигура в отражении.
Это был не убийца.
Это был маг, проводящий ритуал. А девушка… она не была жертвой в обычном смысле. Она была… алтарем. Сосудом. Печатью.
— Что это за ритуал? — спросила Вектор, видя выражение его лица.
Драко не ответил. Он снова смотрел на экран, где все еще горело слово «ТИШИНА».
Теперь он понял его второй смысл. Это было не только описание. Это было предупреждение.
«Не слушай. Не пытайся услышать. Потому что тот, кто говорил в этой тишине, все еще может быть там. Слушает в ответ».
Он сделал шаг к консоли и набрал на рунической клавиатуре свой ответ ей. Одно слово.
КЛЮЧ
Он спрашивал ее. «Ты была ключом в этом ритуале?»
Экран мигнул. Слово «ТИШИНА» исчезло. Вместо него появилась короткая, обжигающе-холодная фраза.
Я БЫЛА ДВЕРЬЮ
Глава 5. Печать и Дверь
Фраза горела на экране холодным, белым огнем. Вектор отшатнулась от консоли, инстинктивно прижав руку ко рту. Ее научный скептицизм рассыпался в прах. Она больше не смотрела на Драко как на сумасшедшего. Она смотрела на него как на единственного человека в комнате, который понимал, в какую бездну они заглянули.
Дверь. Не ключ. Не жертва. Дверь.
Человеческое сознание, использованное как портал. Разум, превращенный в замочную скважину, ведущую… куда?
— Выключите резонатор, — голос Драко был абсолютно спокойным, но в этой спокойствии чувствовалась сталь, закаленная в ледяной воде. — Немедленно.
Вектор поспешно деактивировала прибор. Шепот, который слышал только Драко, оборвался. Тишина в лаборатории снова стала тяжелой, гнетущей.
— Что… что это значит? — спросила она.
— Это значит, — Драко медленно повернулся к ней, и его лицо было похоже на маску из серого камня, — что мы имеем дело не с последствиями неудачного эксперимента. А с последствиями удачного ритуала. Кто-то намеренно превратил ту девушку в проход. А «Движок Кроноса» был не причиной, а инструментом. Источником энергии для взлома замка.
Он снова посмотрел на пустую платформу в центре. На гудящие кристаллы.
— И вы, — он обвел взглядом лабораторию, — вы, гении из Министерства, нашли эту распахнутую, кровоточащую дверь, не поняли, что это такое, и вместо того, чтобы запечатать ее, вы построили вокруг нее… Disneyland. Вы надели на нее маску своей мертвой святой, подключили к ней аналитические системы и заставили предсказывать для вас погоду.