И теперь, сидя на руинах своей тюрьмы, он понял, что расследует не чужую трагедию. Он распутывал историю своей собственной семьи. Своего проклятия.
Девушка, запертая в кристаллах. И он, запертый в своем имени. Они оба были жертвами одной и той же печати. Одного и того же яда, текущего в крови.
Он поднял голову и посмотрел на беззвездное, затянутое тучами небо.
Впервые в жизни он не чувствовал ненависти к своему прошлому. Он не чувствовал злости на отца. Он не чувствовал жалости к себе.
Он чувствовал… ответственность.
Он не знал, сможет ли он спасти ее. Он не знал, сможет ли он найти ее имя. Но он знал, что он единственный, кто может это сделать. Потому что, чтобы открыть замок, нужен ключ. А она только что сказала ему, что ключ — это кровь.
Его кровь.
Он поднялся. Холод больше не пробирал его. Внутри разгорался тихий, холодный огонь. Решимость.
Он аппарировал обратно в свою квартиру. Он знал, что ему нужно делать.
Он должен был вернуться к ней. Не как следователь. Не как тюремщик.
Он должен был прийти к ней как Малфой. И предложить ей единственное, что у него было. Единственный инструмент, способный, возможно, снять печать.
Свою собственную, проклятую кровь.
Глава 6. Ключ из Крови
Ночь была долгой. Драко не спал, но и не бодрствовал. Он сидел в своем кресле, погруженный в состояние, близкое к трансу окклюменции, просеивая свои собственные воспоминания. Он искал не улики. Он искал понимание. Он пытался взглянуть на свое прошлое, на своего отца, на свою семью не глазами обиженного сына, а глазами реставратора. Он пытался диагностировать гниль, понять ее природу.
К утру он был готов. В его глазах была холодная ясность. Он не знал, сработает ли его план. Он даже не был уверен, что переживет его. Но он знал, что должен попробовать.
Когда он вошел в лабораторию, Вектор бросилась к нему.
— Я провела ночь за анализом! Эта печать… ее структура не поддается классификации! Она одновременно является и усилителем, и сдерживающим заклятием! Она питается ее сознанием, но при этом защищает его от внешнего воздействия! Это… это гениально и чудовищно!
Драко молча прошел мимо нее к платформе.
— Активируйте ее, — сказал он.
— Что? Но… она не отвечает!
— Она ответит, — он посмотрел на Вектор, и та невольно отступила на шаг. Во взгляде Драко было что-то новое. Не цинизм. Не усталость. А властность. Та самая, что была у его отца, но очищенная от спеси. Это была власть человека, идущего на осознанный, колоссальный риск.
Вектор, помедлив, подошла к консоли и запустила протокол активации.
— Бесполезно, — сказала она через минуту. — Ядро по-прежнему заблокировано.
— Дайте мне нейроинтерфейс, — сказал Драко.
— Вы с ума сошли?! — воскликнула Вектор. — После того, что было в прошлый раз?! Оно вас убьет!
— В прошлый раз я пытался взломать дверь. Сегодня я собираюсь вставить в замок ключ.
Он сам взял шлем и надел его.
— Что мне делать? — спросила Вектор, видя, что спорить бесполезно.
— Ничего. Просто будьте готовы отключить меня, если мое сердце остановится.
Он закрыл глаза и снова погрузился в знакомую темноту интерфейса. На этот раз он не стал применять легилименцию. Он не атаковал. Он просто… позвал. Он отправил в пустоту ментальный сигнал, состоящий не из слов, а из одного-единственного образа.
Образа печати, увиденной им в модели. И чувства… узнавания.
Ответ пришел почти мгновенно. Его не ударило стеной шума. Его втянуло. Мягко, но неумолимо, как река втягивает упавший лист.
Он снова оказался в ее кошмаре. В Обсидиановой Комнате.
Девушка сидела там же, спиной к нему. Но теперь она не дрожала. Она сидела неподвижно, ожидая. Черная дыра в центре комнаты пульсировала медленно, ритмично, как огромное, больное сердце.
Драко не стал подходить. Он остановился у самого входа в ее сон.
— Я видел печать, — сказал он в тишину. — Я знаю, что она с тобой сделала.
Она не ответила.
— Я не знаю, кто ты, — продолжал он. — Я не знаю твоего имени. Но я знаю имя тех, кто поставил на тебе эту печать. Это имя — Малфой.
Он сделал паузу.
— Это и мое имя.
Девушка медленно, очень медленно повернула голову. Ее лицо все еще было в тени, но он почувствовал ее взгляд. Взгляд, полный бесконечной, застарелой боли и… ожидания.
— Ты просила ключ, — сказал Драко. — Ты ответила мне: «Кровь». Я пришел, чтобы предложить тебе ее.
Он достал из-за пояса маленький ритуальный кинжал. Не «Поцелуй Мордреда». Другой. Простой, серебряный, который использовался в ритуалах кровного родства.