— Я не знаю, что произойдет, — сказал он, и его голос был абсолютно честен. — Может быть, это убьет нас обоих. Может быть, это освободит то, что запечатано за тобой. Может быть, ничего не изменится. Но это единственный способ, который я вижу. Я предлагаю тебе свою кровь. Свой ключ. Чтобы попытаться снять твою печать.
Он замолчал, давая ей время. Решение должна была принять она.
И тогда она встала. Медленно, грациозно. Она полностью повернулась к нему. И впервые он увидел ее лицо в этом сне.
Это было то же лицо, что он видел в отражении. Спокойное, серьезное, прекрасное в своей трагичности. Но теперь в ее глазах не было смирения. В них была решимость.
Она не сказала ни слова. Она просто кивнула.
Драко глубоко вздохнул. Он сделал надрез на своей левой ладони. Алая кровь выступила на бледной коже.
— Хорошо, — сказал он. — Тогда…
Он протянул свою кровоточащую руку вперед, в пустоту, разделявшую их.
— …открой.
В тот момент, когда он протянул руку, ее кошмар дрогнул.
Комната вокруг них пошла рябью, как отражение в воде, в которую бросили камень. Черная дыра в центре запульсировала быстрее, яростнее. Девушка сделала шаг ему навстречу. И еще один. Она не шла — она плыла над несуществующим полом, ее глаза были прикованы к каплям крови, падающим с его ладони.
Когда она подошла совсем близко, она протянула свою руку — полупрозрачную, сотканную из тьмы и света — и коснулась его раны.
В реальном мире, в лаборатории, тело Драко выгнулось дугой. Из его рта вырвался сдавленный крик. Вектор с ужасом смотрела, как кристаллы вокруг платформы вспыхнули ослепительным, кроваво-красным светом. Все экраны погасли, а затем на них возник один-единственный символ — та самая печать, что они видели в модели. Она горела, пульсируя в такт сердцу Драко.
Внутри сна не было боли. Было… слияние.
Его кровь не капала. Она втягивалась в ее призрачную руку, и по ее венам, словно чернила по промокашке, начала расползаться тьма. Его тьма. Его наследие. Его боль.
А навстречу, из нее в него, хлынул ее собственный яд.
Его сознание взорвалось.
Он больше не был Драко Малфоем. Он был ею. Он переживал ее последний момент снова и снова, в бесконечном цикле. Он чувствовал холод Обсидиановой Комнаты. Он видел перед собой зеркало. Он ощущал за спиной присутствие — холодное, властное, знакомое до боли в костях. Он слышал беззвучный шепот заклинания в своей голове.
Sigillum meum.
И он чувствовал не страх. А… предательство. Чудовищное, вселенское предательство, от которого душа трескается, как стекло. Он доверял этому человеку. Он…
А потом — вспышка. «Движок Кроноса» ударил ему в спину волной чистого времени. И реальность раскололась. Его не стерло. Его… расслоило. Его сознание отделилось от тела, от имени, от истории, и его швырнуло в ту самую Пустоту, которую он видел в ее кошмаре.
Но теперь Пустота не была пустой.
Она была полна. Полна лабиринтов из застывших мыслей, нечеловеческой геометрии, шепота мертвых звезд. Это было то самое место, которое видел в своих кошмарах его отец. Библиотека в сердце безумия.
А он, Драко, был теперь не просто в ее сне. Он был в ее душе. В той самой карте, которую она собой представляла. И он видел, как нити его собственной крови, его ДНК, его магии, вплетаются в эту карту, пытаясь найти… замок. Центральный узел печати.
Они нашли его.
И тогда он увидел. Увидел то, чего не могла вспомнить она. Он увидел лицо того, кто стоял за ее спиной. Отражение в зеркале на долю секунды стало четким.
И Драко закричал. Беззвучно. Крик застыл в его ментальном горле, потому что в отражении он увидел не своего отца.
Он увидел себя.
Не себя-подростка. А себя — будущего. Старше лет на двадцать. С сединой на висках, с холодными, абсолютно безжалостными глазами, в которых не было ни капли сомнения. И на его руке была та же самая печать, что и на ее душе.
Это был не просто ритуал. Это была временная петля. Парадокс.
Будущий он превратил ее в дверь, чтобы запечатать доступ к этому месту. А он-настоящий, пытаясь ее спасти, только что вставил ключ в замок и дал своему будущему «я» возможность… что? Завершить ритуал? Укрепить печать?
В реальном мире его тело билось в конвульсиях. Кровь теперь текла не только из носа, но и из ушей. Вектор в панике пыталась сорвать с него шлем, но тот раскалился добела, обжигая ей пальцы.
— …си…гил…лум… ме…ум… — прошептал механический голос из динамиков консоли. Это был не тот голос, что слышал Драко. Это был его собственный. Записанный и воспроизведенный системой.