— Идём, — коротко бросил незнакомец, и, не дожидаясь ответа, схватил Марка за запястье. Его хватка была твёрдой, уверенной, но не грубой. Он повёл его по тёмному коридору, двигаясь с поразительной уверенностью, словно знал каждый сантиметр этого заброшенного дома, каждую скрипучую половицу.
Они бесшумно спустились по задней, полуразрушенной лестнице, вышли через разбитую дверь в кухне и, пригнувшись, проскочили через заросли крапивы к опушке леса. Парень не издавал ни звука, его движения были отточенными и эффективными, и Марк, покорный, шёл за ним, сердце всё ещё бешено колотясь, но в груди уже начинала теплиться надежда.
Через несколько минут, показавшихся вечностью, они вышли к поляне, где стояла машина Ильи. Илья сидел на бампере, сжимая в руках тяжёлый гаечный ключ, его лицо было искажено смесью страха и ярости. Увидев Марка, он вскочил, и на его лице отразилось безмерное облегчение, сменившее напряжение.
— Боже, Марк! Я уже думал... — Он бросился к другу и крепко обнял его, похлопывая по спине, проверяя, реальный ли он. Затем его взгляд упал на незнакомца. Настороженность вернулась в его глаза, смешавшись с любопытством. —А это кто? Откуда он взялся?
Марк, всё ещё пытаясь отдышаться, сделать полноценный вдох, кивнул в сторону парня. — Он... знакомый Хакера. Сказал, что Призрак его прислал. Вытащил меня из дома.
Парень молча поднял руку в коротком, почти небрежном приветствии, его лицо оставалось невозмутимым. — Нужно ехать. Сейчас, — произнёс он, его голос был ровным, без намёка на панику, словно спасение людей из лап мафии было для него рядовым событием.
Машина мчалась по тёмной дороге, увозя их от кошмара, но не от мыслей о нём. Первые несколько минут в салоне царила гнетущая тишина, нарушаемая лишь рокотом двигателя и их неровным дыханием. Илья первым не выдержал, его пальцы сжимали руль так, что костяшки побелели.
— Так, — он посмотрел на парня через зеркало заднего вида, его взгляд был тяжёлым и изучающим. — Кто ты и как связан со всем этим? И как мы можем тебе доверять?
Парень, сидевший сзади, медленно перевёл взгляд на Илью, его глаза казались бездонными в полумраке салона. — Можно звать Ворон, — произнёс он ровным, лишённым эмоций голосом, словно рассказывал прогноз погоды. —Призрак когда-то выручил меня из серьёзной переделки. С тех пор отдаю долг. И... помогаю. У него свои причины меня держать под рукой.
— И как ты узнал, где мы были? — не отступал Илья, его голос выдавал напряжение. — Это место было не из очевидных.
— Призрак попросил проверить, где Альбиносик, — Ворон бросил взгляд на Марка, и в его глазах на мгновение мелькнуло что-то, похожее на насмешку.
— Сказал, что тот не выходит на связь, и начал волноваться. Дал координаты, сказал, что ты, возможно, в опасности. Как выглядишь - я знал. Найти не составило труда. — Он слегка пожал плечами, его движения были плавными и экономичными.
— О твоём друге, — кивок в сторону Ильи, — мне ничего известно не было. Призрак беспокоился только о тебе.
Илья сначала пристально посмотрел на Ворона через зеркало, изучая его бледное, почти бескровное лицо, затем перевёл взгляд на Марка, ища подтверждения или хотя бы намёка на понимание. Марк в это время разглядывал незнакомца, пытаясь понять, что скрывается за этим спокойствием. Прозвище ему подходило - внешность это подтверждала: иссиня-чёрные волосы, тяжёлой волной падающие на лоб, скрывая часть лица, и тёмные, почти чёрные глаза на бледном, словно бы лишённом солнечного света лице. Он выглядел как существо из другого мира, мира теней и цифровых ловушек.
Когда разговор иссяк, и Илья вопросительно уставился на него, Марк лишь развёл руками, выражая полное недоумение. Мол, я и сам в шоке, я и сам ничего не понимаю.
Оставшийся путь до города они проделали в полной тишине. Но теперь это была не тягостная, а размышляющая тишина, в которой рождались новые вопросы, строились догадки и появлялся призрачный намёк на нового, странного союзника, чьи мотивы и истинная сущность оставались загадкой, тщательно скрытой за маской невозмутимости и чёрной одежды.
Убежище и удар
10 Глава
Машина пересекла городскую черту, сменив тёмные, поглощённые ночью лесные дороги на тускло освещённые, сонные улицы спальных районов. Было уже за полночь, но до рассвета оставалось ещё несколько часов. Тишина в салоне была не просто отсутствием звуков — она была плотной, физически ощутимой субстанцией, пропитанной адреналином, страхом и невысказанными вопросами. Её нарушал лишь ровный гул двигателя и редкий скрип тормозов на поворотах.