— Я не знал, с кем имею дело! — огрызнулся Марк, с силой запихивая папки с распечатками, фотографии и блокноты в старый, потёртый походный рюкзак. Горечь и досада сквозили в его голосе. — Я просто пытался найти сестру!
— Теперь знаешь, — констатировал Ворон, безжалостно отрезая. Его взгляд, скользнув по комнате, на мгновение задержался на центральной фотографии Мэгг — той, где она смеялась, ничего не подозревая. Он помедлил, и что-то почти неуловимое, тень какого-то чувства, мелькнуло в его каменном выражении лица. — Она сильная. Пыталась бороться в одиночку, судя по всему. Редкость.
Это замечание, сказанное без эмоций, как констатация факта, заставило Марка на мгновение остановиться, скомканная фотография в руке. Он посмотрел на Ворона, пытаясь разглядеть в этом замкнутом человеке что-то человеческое.
— Ты её не знал.Откуда ты можешь...
— По глазам видно, — перебил его Ворон, резко отходя от окна и проверяя, закрыта ли дверь в ванную. — У тех, кто не сломался сразу, взгляд другой. Готов? У нас минута, не больше. Аптечка есть? Документы? Наличные?
Марк кивнул, натянул переполненный рюкзак на плечо. Он чувствовал его вес — не только физический, но и вес всей этой безумной истории. Они выскользнули из квартиры так же тихо, как и вошли, притворив дверь без щелчка. За собой они оставили опустевшую стену, голые кнопки и звенящую тишину, в которой теперь витала лишь призрачная тревога и запах их страха.
Дверь машины захлопнулась за ними с приглушённым, но громким в ночной тишине звуком. В салоне снова повисло напряжённое молчание, на этот раз нарушаемое лишь тяжёлым, прерывистым дыханием Марка.
— Всё чисто?— спросил Илья, его пальцы уже лежали на ключе зажигания.
— Пока что.Ни движения, — кивнул Ворон, устраиваясь на заднем сиденье и укладывая тяжёлый рюкзак Марка на колени. Он не стал его открывать, просто оценил вес. Затем вытащил из внутреннего кармана куртки невзрачный смартфон с матовым чехлом, несколько раз тапнул по экрану, вводя код, и протянул его вперёд Илье. На дисплее горел адрес и схематичная карта. — Едем сюда. Дальний пригород, частный сектор у лесопарка. Без пробок, но поедем не по навигатору.
Илья взял телефон, изучая маршрут. Его брови сошлись. — Что это за место? Кому принадлежит?
— Безопасное,— коротко, без лишних деталей, ответил Ворон, его взгляд уже был прикован к боковому окну, где проплывали знакомые, а затем всё более редкие огни. — На него нет бумаг. Никаких связей с реальными именами или цепочками собственности. Призрак прикрыл следы давно. Там можно будет подышать, не оглядываясь через плечо. Ненадолго.
Машина тронулась, плавно покидая спальный район и устремляясь к окраинам города, где дома редели, уступая место тёмным пустырям, редким лесополосам и одиноким, погасшим рекламным щитам. В салоне снова воцарилась тишина, но теперь её характер изменился. Это была не тревожная, выжидательная тишина погони, а усталая, тяжёлая тишина передышки, смешанная с недоверием к этой самой передышке. Они ехали в неизвестность, ведомые призраком через его таинственного посланника.
Машина свернула с асфальта на аккуратную, вымощенную брусчаткой подъездную дорожку в новом, элитном коттеджном посёлке. Было уже далеко за полночь, гранича с предрассветными сумерками — самое тёмное и безвремяное время. Дом, который Ворон назвал «безопасным местом», оказался не заброшенным сараем, а современным двухэтажным зданием в стиле минимализма — тёмный кирпич, панорамное остекление, плоская крыша. Он стоял на отшибе, в глубине участка, за высоким глухим забором. Ни одного света в окнах. Снаружи он выглядел безжизненным, как и все остальные дома в этом спящем посёлке.
Илья заглушил двигатель. Первые минуты они просто сидели в машине, вслушиваясь в тишину, приглядываясь к силуэтам других особняков. Затем Ворон первым вышел, неспешно, и знаком велел следовать за собой. Он подошёл не к парадной двери, а к неприметной боковой, встроенной в стену гаража. Приложил к считывателю ключ-карту, и магнитный замок тихо щёлкнул.
Внутри пахло не пылью, а чистотой, свежей краской и тихой электроникой. Воздух был прохладным, циркулирующим. Приглушённая подсветка автоматически включилась вдоль пола, освещая путь в просторную гостиную с высокими потолками. Мебель была современной, дорогой и безличной — как в хорошем отеле. Всё говорило о том, что это не жилой дом, а тщательно подготовленное, технически оснащённое убежище.