— Большое вам спасибо! Огромное! — искренне, с неподдельным облегчением сказал Марк, чувствуя, как в груди загорается новая, хрупкая надежда. Это было первое реальное, осязаемое доказательство, что они не бредут впотьмах.
Они ещё раз поблагодарили девушку и вышли на пустынную, продуваемую всеми ветрами парковку. Не садясь сразу в машину, Марк прислонился к тёплому капоту, достал из внутреннего кармана свой потрёпанный чёрный блокнот и надёжную шариковую ручку.
—Надо всё записать. Сейчас, пока каждая деталь свежа в памяти, — пробормотал он себе под нос и начал быстро, почти кривым почерком, выводить в блокноте ключевые детали: «Мужчина, 30-40 лет. Рост ~185-190. Тёмная куртка, капюшон, кепка. Шрам-ожог на левом запястье. Глаза: серо-зелёные с яркими жёлтыми крапинками».
Закончив, он поднял взгляд на Илью, который молча наблюдал за ним, заслонившись от солнца ладонью.
—Ну что? — спросил Илья. — Колесо памяти завертелось? Узнаёшь кого-то? Может, кто-то из старых знакомых Мэгг? Или... может, ты его всё-таки видел раньше, мельком?
Марк сжал переносицу, зажмурился, пытаясь перебрать в памяти все лица, все случайные встречи. Перед ним проплывали образы коллег, соседей, старых друзей, но ни один не совпадал.
—Понятия не имею, — с разочарованием выдохнул он, опуская руку. — Никаких ассоциаций. Это абсолютно незнакомый человек. Ни Мэгг, ни я, насколько я помню, с такими никогда не пересекались. Но... — он снова посмотрел на свои записи, и его лицо озарилось догадкой, — но глаза... эти жёлтые крапинки. Такие же, серо-зелёные с крапинками, были... у Мэгг. Редкий оттенок. Может, это родственник? Может, стоит позвонить матери, попробовать выяснить, не вспомнит ли она кого-то с таким шрамом или у кого из родствеников могут такие глаза быть? Мать редко говорила про кого-то из них. Хотя после всей истории с отчимом...
—Думаешь кто-то из родствеников? Но зачем?
— Если память мне не изменяет один из ее братьев сидел в тюрме...
Он не договорил, с силой захлопнув блокнот. Разочарование было горьким, как полынь. Зацепка была, яркая и конкретная, но она тут же разветвилась, создав новые, ещё более сложные вопросы.
—Ладно, — сказал Илья, открывая дверь водителя. — Поехали домой. Надо всё это обдумать, нанести на карту. Хоть какое-то движение вперёд есть, это главное.
Марк молча кивнул и сел в машину. Он устало откинулся на подголовник и смотрел в окно на уходящее вдаль, пустынное старое шоссе, теряющееся в дымке. Где-то там, в этом огромном и равнодушном мире, бродил человек с жёлтыми крапинками в глазах и шрамом от сигареты на руке. Человек, который знал, что случилось с Мэгг. И они должны были его найти, во что бы то ни стало.
Тень семьи
4 Глава
Солнце уже клонилось к закату, заливая салон машины Ильи густым оранжевым светом, который не приносил утешения, а лишь подчёркивал усталость на лицах друзей. Они только что вернулись в город с заправки «Дикси», и теперь Марк сжимал в руке блокнот, уставившись на строку: «Глаза: серо-зелёные с жёлтыми крапинками».
— Таких глаз я больше ни у кого не видел, — тихо проговорил Илья, прерывая тягостное молчание. — Они же... Они как у Мэгг. Точь-в-точь. Такие редкие... Ты уверен, что это глаза, как у дяди?
Марк медленно поднял на него взгляд. Эта мысль, промелькнувшая у него в голове, теперь, будучи произнесённой вслух, обрела жуткую, неоспоримую реальность. Это не было случайным совпадением. Незнакомец был как-то связан с его сестрой на глубинном, возможно, кровном уровне. Эта мысль вызывала одновременно и надежду, и отвращение.
— Надо звонить матери, — глухо сказал Марк, с отвращением глядя на телефон. Он представлял себе этот разговор, и каждый мускул в его теле сопротивлялся. Их последний серьёзный разговор год назад закончился громким хлопком двери и месячным молчанием.
— Ты уверен? — осторожно спросил Илья, видя напряжение на лице друга. — После всего, что было... Она же сразу начнёт читать мораль, говорить, что ты всё неправильно делаешь.
— У меня нет выбора. Она единственная, кто может знать о наших... корнях. О тех частях семьи, которые мы предпочитали не вспоминать.
Марк с трудом нашёл в контактах номер с пометкой «Мама» и сделал глубокий вдох, прежде чем нажать на вызов, словно ныряя в ледяную воду. Трубку взяли почти сразу, словно ждали.