– А воды ещё можно?
– Обычной? – переспросила пухлая (вот всё, что о ней могла сказать Катя) женщина.
– Ну да, – кивнула Катя.
– А то у нас и огненная водица присутствует, – явно улыбнулась кассирша. Её голос прозвучал как-то особенно тепло. Катя хоть и не видела её лица, но всё равно сразу прониклась дружеским чувством к женщине. – Налить пятьдесят грамм? – вкрадчиво спросила продавщица.
– А почему бы и нет, – улыбнулась Катя, подумав, что это, наверное, впервые она в такую рань водку пить будет. Хотя она много чего «впервые» за последние сутки сделала. Так чего останавливаться?
– Ну вот, другое дело. Держи, красавица, – налив до краёв в рюмку и поставив её на поднос, сказала кассирша. – И вот тебе кувшин обычной. Хватит?
– Да, спасибо, – ответила Катя и всё-таки попыталась рассмотреть лицо женщины, но только почувствовала резкую боль в левом виске.
Усевшись за самый дальний стол, стоящий в углу, Катя поставила перед собой поднос. Потом взяла тарелку с котлетами и опустила её на пол рядом со стулом.
– Вот, приятного, – сказала с улыбкой Катя и, потрепав пса за ухом, выпрямилась, желая приступить к трапезе, но вздрогнула, обнаружив сидящую напротив заблюренную фигуру.
– Значит, тебя шеф притащил, – хмыкнула девушка. – С чего бы это?
– А это вы у своего шефа спросите, – смерив недовольным взглядом невоспитанную незнакомку с капризным голосом подростка, ответила Катя.
– Нет, если притащил, значит, ты чем-то полезна нашему общему делу. Иначе зачем заморачиваться? – невозмутимо продолжила девушка.
– Уж поверь, мне ваше общее дело и в бок не упёрлось. – Откусив кусок свежего ржаного хлебушка, Катя зачерпнула ложку борща и отправила в рот.
– Вот как… – довольно протянула сидящая напротив. – А что вам тогда упёрлось?
– Моя семья, дети, – пытаясь не нагрубить, максимально спокойно ответила Катя.
– О, дети! И как?
– Что как? – раздражённо переспросила Катя.
– Как им живётся с такой мамашей? – Катя замерла, пытаясь понять, в чём её обвиняет этот явно страдающий юношеским максимализмом подросток. А девушка продолжала: – Красивые растут? Тебе всё нравится? Рост, вес, цвет глаз… Всем довольна?
– Чего ты от меня хочешь? – не выдержав, повысила голос Катя. Пёс прекратил заглатывать котлеты и, встав в стойку, глухо зарычал.
– Ой, а что это тебе не нравится? А жить в выдуманном мире нравится? Кромсают вас, как барашков, а вы и рады…
– Вот это сейчас что за бред был? Ты из психбольницы сбежала? – поднявшись из-за стола, раздражённо выпалила Катя.
Девушка в ответ только засмеялась. Потом тоже поднялась.
– Нет, тётенька. Это скорее вы оттуда. У вас как с фильтрами? – Она достала телефон из кармана, пару раз ткнула по монитору пальцем. – Функционирует на 49%… – задумчиво протянула она. Потом злобно добавила: – Это исправимо…
Кате показалось, что весь мир вздрогнул и накренился… На мгновение перед глазами всё расплылось… исчезли звуки, запахи… даже сама Катя словно растворилась – ничего не осталось – ни рук, ни ног… только бешено бьющееся в пустоте сердце.
Покачнувшись, Катя начала падать, руками ухватилась за край стола и вместе со столом рухнула на пол. Она ещё увидела, как к девушке подлетел дворник. Он выхватил из её рук телефон, судя по мимике, что-то кричал… Потом тьма… и когда свет снова включили, над Катей склонилось существо, похожее на то, что она последние сутки видела в зеркале… Существо похлопало Катю по щекам и обеспокоенно спросило голосом дворника:
– Ты как?
И вот тут навалилось блаженное забытьё.
Пробуждение Кати оказалось весьма странным: кто-то облизывал лицо, прерываясь на то, чтобы низко утробно рыкнуть и вновь приняться за дело, а ноги, босые по ощущениям, кто-то другой, не стесняясь, ощупывал. Прежде чем Катя окончательно проснулась и открыла глаза, раздался знакомый голос:
– Ольга, отойди от неё.
– Да ладно тебе. От неё не убудет…
– А про личное пространство мы, конечно, не слышали… – произнесла Катя непривычно хриплым голосом и, кое-как отбившись от попыток радостного пёселя зализать очнувшуюся хозяйку до второго обморока, села на кровати.
Дёрнулась, разглядев стоящую у изножья кровати Ольгу. Теперь ей ничто не мешало разглядеть лицо девушки.
– Очнулась… Голова не кружится? – привлёк к себе внимание стоящий у окна, судя по голосу и куртке, Дмитрий.
– Не кружится… – буркнула Катя. Подобрала ноги и, обняв колени руками, огляделась. В комнате, кроме них троих и собаки, больше никого не было.
– Твой фильтр отключён, – косо взглянув на притихшую девушку, сообщил Дмитрий. – Ты видишь…
– Вижу, – недовольно подтвердила Катя. Ей порядком это всё уже надоело. – Где мои носки?