– Аллергия. Отлёживалась, – не моргнув глазом соврала Катя.
– Понял. Ну, пока. Детей целуй.
– Ага, – кивнула Катя и нажала кнопку отбоя. Сунула телефон обратно в сумку и поймала в зеркале заднего вида встревоженный взгляд подруги. Сморщила нос и одними губами прошептала: «Потом». Конечно, от разговора не отвертеться.
– Прибыли в пункт назначения. Остановка – третье кольцо белого карлика. Ракету покидаем в строгой очерёдности, сохраняя абсолютное спокойствие. Не забываем угощения, – повернувшись и протянув детям зажатые в руке конфеты, скомандовала Татьяна.
– Сласти! – радостно заверещали ученички.
– А что нужно сказать? – строго спросила мама.
– Спасибо, тётя Танечка! – нестройным хором поблагодарили дети.
– Пожалуйста, дорогие, – улыбнулась женщина. – Спасибо, что воспользовались услугами межпланетного авторакетуса «Джиппо». И ты выгружайся, – повернувшись к сыну, скомандовала Таня.
– Зачем? – нахмурился Серафим.
– Тёте Кате уколы надо сделать. Пойдём, поднимешься со мной.
– Я тут посижу… – недовольно пропыхтел подросток.
– Сим, пойдём. Я тебя чаем напою с блинами со сгущёнкой. – Катя знала, чем прельстить несговорчивого сына подруги. Он ещё ходить не умел, а уже любил уплетать её блины. Вот и сейчас, продолжая делать вид, что ему это крайне не нравится, Сима вылез из салона и поплёлся к дверям подъезда.
– Ох уж эти подростки, – виновато улыбнулась подруге Таня. – Может, без блинов? И так устала…
– Тесто уже готово. Осталось только поджарить, – отмахнулась Катя. – Если вы, конечно, не сильно торопитесь.
– Нет. Театр в 21:00. Серафима родители в 20:00 должны забрать. Так что часа полтора у нас есть.
– Вот и отлично. Посидим. Давно так с тобой чай не пили, – с тоской припомнила Катя.
ГЛАВА 3. ЧЕЛОВЕК
– Ну что? – сдвинув брови над переносицей и кинув на подругу обеспокоенно-пытливый взгляд, спросила Таня, когда дети наелись блинов и убежали в соседнюю комнату хвалиться Сёме своими недавно купленными игрушками.
Катя не спешила отвечать. Сказать, что муж изменяет, язык не поворачивался. Будто пока молчишь – этого ничего и нет, а стоит сказать – и навалится, не разгребёшь…
Благо Таня была не из терпеливых. Не дождавшись ответа от угрюмо рассматривающей чаинки Кати, многоуважаемый преподаватель биооргмеханизмов областного мединститута от души выругалась.
– Поругались? Опять нервы мотает? – покраснев от обиды за подругу, предположила Татьяна.
– Не то чтобы… – протянула Катя, потом сморщила нос и отмахнулась. – Просто дни пасмурные, он на работе постоянно задерживается. Я устала немного…
– Забыл уж, наверное, как дети выглядят, – пробурчала рыжая. Ей крайне не нравился Денис. Всё молодится, как подросток, с бизнесом этим своим носится, жену забросил… А она его ещё выгораживать пытается.
Катя протяжно выдохнула и, неуверенно улыбнувшись, долила подруге чай.
– Это временно. Скоро всё устаканится, – примирительно произнесла она.
– Ну да, в бизнесе самое трудное – начать. Скоро процессы наладятся, и… – Таня с тяжёлым сердцем решила подыграть подруге. На душе было неспокойно. И женщина сама не верила в то, что говорила. Потом глаза рыжей снова заискрились: – Кать, а ведь у тебя скоро день рождения!
– Ага, через неделю.
– Затусим? – улыбнулась Таня, припомнив прошлую днюху подруги, когда они, оставив детей Косте (Денис, как обычно, был крайне занят), ходили в кино, боулинг, а потом до полуночи пели в караоке. Прям как в дикой молодости…
– Обязательно, – улыбнулась Катя.
– Если что, Костю попросим… – Женщина замолчала – завибрировал лежащий на столе телефон. – Смотри, вспомнишь… – Таня улыбнулась подруге, отвечая на звонок мужа. – Да. Приехали? Ладно, уже выезжаем. – Рыжая вскочила из-за стола. – Кать, родители приехали. Торопятся. Хотят Сёмку успеть в цирк сводить. Мы пойдём?
– Да, конечно. – Катя вышла за суетившейся подругой в коридор.
– Серафим, домой! Анастасия Петровна и Аркадий Михайлович уже ждут.
– Почему опять так много накрутило? – пристально всматриваясь в цифры на табло счётчика, задумчиво пробурчала Катя. – Слишком часто стираю? – одетая в бежевый пуховик, из-под которого торчал подол домашнего халата, синего в мелкий цветочек, женщина наконец прекратила буравить взглядом цифры, надеясь, что они от стыда немного отмотаются назад, и, засунув руки в карманы, уже было повернула в сторону своей квартиры, но нет. Смятение в душе после определённого события, свершившегося сегодня, так и не улеглось, и вряд ли этому поспособствуют тишина и полумрак, царившие дома.
Детей Катя уже уложила спать и теперь всё слонялась из угла в угол. То мясо мариновала, то вещи в шкафах складывала, потом вспомнила про показания счётчика. До подачи показаний ещё пара дней, но Кате очень уж захотелось сходить узнать, сколько накрутило в этом месяце. А теперь вот женщина вспомнила, что несколько дней не проверяла почтовый ящик. Поэтому, прошаркав незастёгнутыми, мотающимися на ногах зимними ботинками по полу общего коридора четырнадцатого этажа, Катя остановилась у лифта и нажала на кнопку вызова.