– Туда, – махнула рукой вправо Катя.
Лодка снова гулко ухнула и накренилась набок. Повстанец плечом врезался в металлическую переборку, но успел повернуться так, чтобы поймать женщину. Та упала на него всем телом, носом больно ткнувшись ему в грудь. Мужчина наклонился проверить, всё ли в порядке, но ему в лицо каркнул чёрный взъерошенный ком перьев и, захлопав крыльями, надавал по щекам.
– Твою ж… – раздражённо шикнул мужчина, пытаясь отбиться от явно что-то имеющего против него воронёнка.
Катя упёрлась ему в грудь руками и, вновь заняв в пространстве вертикальное положение, кинулась в сторону двери, ведущей на мостик.
– Поторопись, – бросила она через плечо замешкавшемуся у стены повстанцу. Тот расправил плечи и направился следом, гадая, почему так мучительно больно находиться рядом с этой хрупкой и крайне ранимой с виду женщиной.
А в маленькой комнате, находящейся за толстой металлической дверью и именуемой мостиком, царил полный хаос. Едва попав внутрь и рассмотрев встревоженно склонившегося над мигающими мониторами капитана, пытаясь перекричать свист и гул, доносившиеся, кажется, сразу со всех сторон, Катя спросила:
– Дядь Ген, а что случилось?
– Ну, могу сказать, что нас преследует большая подводная лодка. Они уже дали по нам пару залпов. Ни разу не попали, но ракеты взрывались достаточно близко, так что у нас несколько систем вышло из строя… и я разбил свои очки, – не отрываясь от мониторов и щёлкая рубильниками бесконечных переключателей, о назначении которых Кате оставалось только догадываться, сообщил капитан подлодки.
– У нас есть ракеты? – ввалившись в дверной проём, с ходу выкрикнул взъерошенный, какой-то помятый, со свежими царапинами на щеке и подбородке Дмитрий.
– Обижаешь, – подбоченившись, заявил дядя Гена, – конечно, есть. Всё забито под завязку.
– Так чего мы ждём? – остановившись у мониторов и напряжённо наблюдая за мигающей большой точкой, преследующей мигающую маленькую, мрачно спросил повстанец.
– Систему запуска вырубило, – опустив руки, понуро сообщил старик.
– ***, – выразительно подытожил мужик. – Ладно, какие варианты?
– Можем попробовать уйти по подводным пещерам. Большая лодка там не пройдёт… – протянул дядя Гена.
– Ну и?
– Я разбил свои очки, а без них ничего не вижу. С таким зрением пройти лабиринт просто нереально.
– Я могу, – кивнула Катя.
Мужики обернулись к женщине и вопросительно уставились на неё.
– Я смогу, – закивала та. – Не хочу хвастаться, но со зрением и реакцией у меня всё в порядке.
– Ты же пьяная… – холодея, припомнил повстанец.
– Вот чего ты споришь? Разве у нас есть выбор? Дядя Гена ничего не видит. Остались ты и я. Ты уверен в себе? Я уверена в себе на все сто! – сверкнув пылающим взглядом слегка косых от выпитого глаз, заявила мелкая. Этот взгляд повстанец уже видел. Дмитрий снова вспомнил во всех подробностях ту ночь, когда они помогли родиться маленькому громко орущему зверёнышу. А до того эта повернутая на всю голову женщина почти угнала вертолёт… И чего он сейчас волнуется, наверняка ведь всё получится…
– Дядь Ген, покажите, как рулить. И я попробую, – подступив к растерянно молчавшему старику, попросила Катя.
– Но… – хотел было возразить капитан, но преследователи дали новый залп, и лодка, вздрогнув, протяжно застонала. – Ладно. Смотри…
– Прямо по курсу, – объявил капитан, щурясь над зелёным мерцающим монитором. Сказать честно, ему даже показалось, что, возможно, и выгорит… Женщина схватывала всё на лету. Настолько сообразительного человека дядя Гена за всю свою жизнь всего раз встречал. Давно, он тогда только прибыл в распределительную часть. Дожидаясь назначения, многие проводили в части несколько месяцев. Геннадий оказался не исключением. И ему повезло провести эти время в компании крайне находчивого парниши. В памяти всплыло прозвище – Косуля.
– Дим, а фамилия у твоей подруги как будет? – не спуская глаз с напряжённой спины стоящей за штурвалом женщины, тихо спросил старик у рядом сидящего мужика. Тот отвечал за наполнение резервуаров для экстренного погружения и, застыв над кнопкой, так же как и дед, буравил спину мелкой, ожидая команды.
– Косулева Екатерина Борисовна, – с тоской произнёс он.
– Так всё-таки Косуля… Вот ведь удивительная это вещь – гены! – цокнув языком, закачал головой оставшийся без штурвала капитан подлодки. – А ты кто ей будешь? – вдруг почувствовав себя ответственным за внучку своего друга, подозрительно сузив глаза, спросил дядя Гена.
Дмитрий напрягся, соображая, а действительно, кто он ей? Тем, кем хотел бы быть, он точно не являлся. Тогда кто? Друг? Вскинув бровь, мужик посмотрел на мелкую. Та напряжённо вглядывалась в вязкую темноту, обволакивающую лобовой иллюминатор, и осторожно крутила штурвал то влево, то вправо… Подлодка вновь взбрыкнула, реагируя на взорвавшуюся где-то неподалёку ракету. Катя шикнула и, крутанув руль, скорректировала курс.