– Могло быть хуже, – стуча зубами, отрывисто выпалила Катя. Женщина, одеревеневшими руками цепляясь за спасательный круг, чуть притонувший из-за веса железяки, на нём лежащей, что было сил молотила ногами в ледянющей воде, стараясь как можно быстрее добраться до скалистого берега, то и дело пропадающего за поднимающимися чёрными пиками волн Северного Ледовитого.
– Я смогу… смогу… Я смогла… – Катя выползла на берег и без сил распласталась на склизких гладких камнях. Сказать честно, сил встать и куда-то потом идти не было совсем, но услышав уже третий по счёту выстрел, Катя поднялась на дрожащих ногах и посмотрела на возвышение, откуда, кажется, доносились голоса.
Забравшись наверх и без сил свалившись на один из валунов, в большом количестве разбросанных по скалистой земле у подножия маяка, Катя прислушалась.
– …Грузите на борт. На месте разберёмся. Старика пристрелить, маяк взорвать, чтоб не было соблазна вернуться… – Противный голос вызвал волну мурашек. Пытаясь осознать услышанное, Катя уставилась на безмолвного каменного исполина, высящегося посреди безрадостно-серых земли, воды и неба.
– То есть как убить и взорвать?.. Что же некоторые такими злыми вырастают? Как нужно воспитывать ребёнка, чтобы он захотел стать Доктором Зло и сеять хаос?
Женщина осторожно выглянула из-за валуна. Резко втянула воздух, рассмотрев ниже на каменной площадке лежащего на земле бледного дядю Гену. Чуть в стороне, почему-то на коленях, стоял Дмитрий. К нему подошли двое. Один, размахнувшись, наотмашь ударил в лицо. Другой подхватил повалившегося мужика и под руки потащил в сторону подлодки. Здесь остался один с пистолетом. Приблизившись к распростёртому на земле капитану, перезарядил оружие и уставился куда-то в морскую даль, с задумчивым видом докуривая сигарету.
– Ладно… Нужно что-то делать… Что делать? – Катя огляделась. План в голове сложился достаточно быстро, но не весь, а только его первая половина. Вторая была достаточно размытой. Разглядев валяющуюся рядом со стариком винтовку, Катя стиснула в руке металлическую биту. – В фильмах обычно прокатывает… – сглотнув, прошептала женщина и, прячась за камнями, подобралась как можно ближе, а потом выпрямилась и метнула металлическую дубинку в скалу, что нависала над покачивающейся в волнах вражеской подлодкой. План был до крайности прост – отвлечь внимание мужика с пистолетом, попытаться схватить винтовку и… О том, что придётся стрелять в людей, Катя старалась не думать. Да, в общем, стрелять и не пришлось.
Метнув биту, Катя следом за этим выпрыгнула из-за валуна и рванула к лежащей среди камней винтовке, но не добежала… Та самая «бита», которой Катя до этого тарабанила в запертую крышку люка, долетев до скалы и врезавшись в каменную глыбу, совершенно неожиданно взорвалась…
Холодный северный мир вдруг превратился в огненную смесь камней и шквального ветра.
Взрывной волной Катю отшвырнуло обратно за камни. Она даже не успела понять, что произошло. Просто отключилась. А когда очнулась, не сразу нашлась среди отчаянного всезаглушающего звона и боли, которая, кажется, была размазана тонким слоем по всему телу. Катя поднялась и, покачиваясь, осмотрелась. В воздухе кружились снежинки вперемешку с каменной пылью. Было сложно смотреть и просто дышать. Пробираясь сквозь острые куски расколотых камней, Катя пыталась взглядом отыскать людей… Они должны были выжить… Пожалуйста…
Площадку завалило камнями. Катя старалась не думать, что, скорее всего, дядя Гена погребён под ними. Спотыкаясь, она дошла до берега и там в набегающих волнах увидела Дмитрия. Подбежала, вытащила его на камни. Опустилась на колени. Мужчина был страшно бледный, но дышал.
– Ты живой… – вытирая хлынувшие из глаз горячие слёзы, простонала женщина. – Дим, очнись, пожалуйста… – завыла Катя над казавшимся мёртвым повстанцем.
– Глупая… чего орёшь? – пробасил Дмитрий и открыл глаза.
– Я не знаю, как так получилось… Я думала, это просто кусок металла, – погладив мужчину по колкой от отросшей щетины щеке, шмыгнув покрасневшим носом, прохныкала Катя. Потом попыталась ощупать ноги и руки пострадавшего на наличие повреждений.
– Нет, стой… Давай, пожалуйста, без этого, – взмолился мужик, понимая, что не переживёт сейчас первую помощь в исполнении мелкой.
– Ладно. Дим, дядя Гена… он… Я… – Катя хлюпнула носом и, запрокинув голову, разревелась в голос.