Выныриваю из мыслей только тогда, когда звонит Иван. Дыхание давно сбито, я выхожу на улицу, стягиваю респиратор и принимаю вызов:
— Занят?
— Нет. В доме стену ломал, — отвечаю коротко. Хватаю холодный свежий воздух. Он остужает мысли и тело.
— И как? Победил? — усмехается друг. А для меня вопрос звучит совершенно иначе. Потому что нихера не получается: ни с домом, ни с Крис. Я как долбился в стену, так в нее и бьюсь.
— Не дается, — цыкаю и достаю из кармана куртки пачку сигарет. Прикуриваю и ухожу в дзен. На душе пустота — я вымотан физически и истерзан морально. И эта сигарета в четыре затяжки — передышка, в которой я прихожу в себя. Иван не говорит ничего, молчит, дает время. — Ты по какому поводу звонишь?
— Завтра утром вылет. Все в силе? — он краток. В последние дни я не особо выказывал энтузиазм по поводу предстоящей поездки. Кивал, когда Ваня предлагал отели, оставил ему на откуп программу отдыха. Друг вопросов лишних не задавал, он вообще какой-то тонкий психолог — всегда чувствует, когда надо дать мне побыть наедине с собой. И еще ни разу не ошибся.
— Конечно. У меня чемодан собран, билет в телефоне. В полной боевой готовности.
— Отлично. Я так понимаю, ты сегодня поздно вернешься? Разговор есть, — по тону слышу — беседа серьезная. Опять расширение бизнеса задумал и хочет мои бабки придержать?
— В самолете обсудить можем?
— Не хочу лишних ушей. Ладно, хер с ним, так скажу, — хмыкает и замолкает. А потом я слышу, как опускается бокал на стойку. Готовится к полету, ясно. — До меня тут слух дошел, что долю в клинике твоей хотят продать. Покупателя пока не ищут активно, продавец тоже еще в раздумьях, — Иван снова прерывается. Доливает себе еще коньяка. В том, что конину хлещет, даже не сомневаюсь. Он любитель бахнуть пару стопок вприкуску с шоколадом. А потом в приподнятом настроении приготовить стейки и засесть перед телеком с каким-нибудь боевиком. Я напрягаюсь. Ни капли происходящее не нравится. Оно мутное какое-то. Из-за этого Крис в напряге? Уйти хочет, но не может? Сука. Нужно больше подробностей.
— Так я что хотел узнать-то. У вас ничего по этому поводу не говорили? — продолжает Ваня.
— Нет, а должны были? До нас, простых смертных, такую информацию не доводят, — посмеиваюсь, но больше нервно. — Вань, а кто продает-то, известно?
— Какой-то Эдуард Катаев. Это начальник ваш? — он тянет задумчиво.
— Типа того. Муж Измайловой, дочки Иваныча. Только я не пойму, чего он их ей не продаст, — что-то упорно не собирается в картину. Странно искать кого-то, когда можно все сдать в цепкие руки жены. В затылке звенит, спину простреливает неприятное предчувствие, но я не даю ему разгореться. Жду, когда Иван выдаст всю информацию.
— Может, обиды личные, а может, у нее денег нет, — Ваня только предполагает, а для меня его догадки вдруг красиво рисуются в складную историю. Она ведь сказала мне тогда что-то о выборе и том, что у нее его нет. Не из-за того ли, что владелицей клиники стать не может? Это же в корне меняет дело. — Пробить сможешь?
— А ты вложиться хочешь?
— Мне не по статусу. Хочу, чтобы ты вложился, — Иван давно ищет новые рынки сбыта, поэтому пробивает все варианты, оценивая преимущества. Да, клиенты в частной клинике привередливые, и оборудование приходится обновлять регулярно, так что сотрудничать с таким бизнесом в долгосрочной перспективе крайне выгодно.
— Думаешь, мне хватит бабок?
— Ты всегда можешь продать дом, — смеется он. — Ладно, подгрузил я тебя не вовремя. Но имей в виду и пробей информацию, может, Иваныч что-то знает.
В этом я, конечно, сомневаюсь. Зато точно знаю одну особу, которая точно владеет всеми нужными нам данными. Значит, игру затеяла, Кристина? Операцию «спасти клинику»? Ничего, мы план немного поменяем.
— Узнаю, Вань. Сейчас прямо и позвоню. Завтра расскажу все.
Мы прощаемся быстро. Меня потряхивает от того, как складываются события. Если она действительно со своим Эдиком только из-за бабок, то это все решить не так и сложно. Надо только Измайлову расколоть, и что-то мне подсказывает, что этот орешек расколется только под суровым прессингом.
Набираю номер. Не знаю, что скажу, в голове ни единой адекватной мысли. Прикладываю телефон к уху и достаю вторую сигарету из пачки. Механический голос вещает, что абонент не абонент, и просит перезвонить позднее. Написать? Быстренько набрасываю предложения, потом стираю. Нет, так Кристина мне не ответит. Надо прессовать ее лично. Заявиться к ней домой я не могу, сейчас не время, но после праздников возьмусь за нее с новыми силами.