— Обещаю. Что бы ни случилось.
А самого аж в жар бросило, когда понял, что лишь чудовищная сила воли не позволила ему в этот момент её поцеловать.
Но момент был упущен и Ева, счастливо зажмурившись, уже потерлась о его плечо виском, как кошка, а потом легко подскочила на ноги и заявила:
— Идем, Саш. Надо ещё успеть поспать. Хочу с самого утра съездить в магазин за продуктами, надо поразить майора борщом в моем исполнении. А у нас ни мяса, ни свеклы. Идем. Кстати, а ты любишь борщ? Ну так…
— Не знаю, — качнул головой, сейчас думая совсем не о борще. — Но мне кажется, я люблю всё, что ты готовишь. У тебя просто не бывает невкусно.
— Ой, подхалим, — засмеялась, но он заметил, что ей приятно. И скупо улыбнулся. — Ладно, идем. Локи, домой!
Глава 22
Новое утро, как я и планировала, началось для меня в пять. Быстренько приняв душ и надев сегодня футболочку с надписью «Рождена всех бесить», я сварила нам с Сашей кофе, улыбнулась над его футболкой «С утра хотел быть добрым, но к обеду отпустило», после чего мы вместе съездили до гипермаркета, обернувшись буквально за час, и я поставила вариться говяжьи кости с аппетитными кусочками мяса в самую большую кастрюлю. Довела до кипения, убавила на минимум, засекла для себя таймер на три часа, и заранее почистила и накрошила все необходимые овощи. Замесила тесто на чесночные пампушки и пока оставила настаиваться.
Вместе мы выгуляли Локи, переоделись в спортивное и отправились на тренировку. Она начиналась в восемь, так что Тюменцев успел предупредить всех, что у нас сегодня намечаются гости, ну а в девять они начали подъезжать. Кто-то на такси, кто-то на своей машине, но в итоге прибыло аж девять кандидатов в ученики нашего «элитного» центра, причем лично я ещё на этапе первичного осмотра отсеяла троих. За слишком наглые оценивающие взгляды с налетом высокомерия.
Хороших охотников из них не получится.
Ещё четверо были из категории «такое себе, работать и работать», а двое на первый взгляд подходили по всем пунктам. Нормальные такие парни среднего достатка в возрасте примерно двадцати трех лет. Рослые, крепкие, к работе приученные.
Как я и предложила еще вчера, первым делом майор озвучил цену обучения в нашем центре. Народ… расстроился и отсеялось сразу двое. Один наглец и один задохлик. Затем майор пробежался по программе и срокам обучения. Расстроенно удалились ещё двое молодых, которые наивно думали, что за месяц реально нарастить десять килограммов мышц и стать профессионалом. Следом майор провел гостям экскурсию по полигону, упомянув, что в ещё строящемся административном корпусе на два этажа запланированы учебные классы по теоретическим дисциплинам и предложил кандидатам проверить свои силы в спарринге.
С самым молодым и обманчиво безобидным охотником нашего отряда.
С Сашей.
В рукопашке.
Пять боев — пять поражений. Естественно, не Сашиных. По их итогам взял время на подумать барон Гилев и тоже уехал, в итоге осталось четверо: восемнадцатилетний Артем, мелкий, но упорный и проворный; братья-погодки Петр и Павел Шубины, работающие в частной охране, но недовольные зарплатой, графиком и перспективами, а ещё Сергей Смирнов, безземельный дворянин, чей гонор серьезно поумерился, когда он понял, что тут он никто и звать его никак. И мелкий восемнадцатилетний пацан может гораздо больше него.
При этом Павел, Петр и Сергей уже успели отслужить, так что сразу приступали к третьему этапу обучения, минуя первые два, а Артема майор решил взять на бесплатное обучение с испытательным сроком. Если за три месяца покажет достойный результат, то обучение и дальше будет бесплатным, а если нет, то… нет. До свидания.
— А у вас тут есть где жить? — тут же взял быка за рога ушлый паренек, глядя на майора незамутненным взглядом. — Просто, ну… Далеко вы от города. Три раза в неделю тратиться на такси туда и обратно у меня денег нет. Я по лету подрабатывал курьером, накопил кое-что. Могу угол снять! Есть?
Внимательно изучив парнишку и выяснив, что в Москве (точнее в Подмосковье) он живет с дедом, который уже на пенсии, а родители погибли два года назад в автокатастрофе, майор удивил нас всех, предложив пожить у себя в доме. На мансарде.
— Только учти, бардак не разводить, руки держать при себе. Узнаю, что воруешь или иначе пакостишь, сходим с тобой в аномалию, — он вперил в парня тяжелый взгляд, — но вернусь оттуда я один. Ни один следователь концов не найдет. Усек?
— Усек, Роман Игоревич! — паренек старательно тянулся ввысь, изображая повышенное рвение. — Я нормальный, не из преступных низов, честно. И готовить умею, и вообще. Вы не пожалеете!