И именно три таких огнеплюя были нам нужны для каждого ритуала раскрытия стихии.
Помимо этих трех самых опасных и крупных видов в Раскатовской аномалии водились и тушканоиды — относительно безобидные грызуны с умилительными мордочками, но палец в рот им тоже совать не стоило — откусят и попросят добавки.
До Саратовской губернии мы добрались часов за восемь, после чего заселились в гостиницу, не собираясь рисковать и идти в опасную аномалию на ночь глядя, а с самого утра, добравшись до пропускного пункта Раскатовской аномалии и выдержав уже поднадоевшую словесную баталию с дежурными на тему того, какие мы молодые, неопытные и беззащитные, прихватили тачку и отправились на дело.
Шли быстро, заранее выяснив, кто и где водится, нигде особо не задерживаясь, но даже так умудрились избавить этот мир от полутора десятков тушканоидов и шести мана-червей, которые обитали в песке и нападали на путников исподтишка, выстреливая своими зубастыми мордами прямо из толщи песка за миг до того, как на это место опустится нога человека.
Вот только благодаря единению со стихией земли, мы с Сашкой отлично чувствовали всё, что происходит у нас под ногами. И били на опережение. При этом не спешили разделывать добычу на месте, просто закидывая её в тачку. В мана-червях, как ни странно, помимо ценной железы содержались и особые амагичные кристаллы, порошок из которых ценился артефакторами. Вот только трогать их голыми руками было очень опасно — мало того, что они вытягивали магию, так ещё и могли безвозвратно нарушить ток энергий в теле и даже откатить развитие мага на ступень, а в критичных случаях и на две. Навсегда!
В итоге до места, где обитали огнеплюи, мы добрались только часа за полтора, но при этом умудрились напороться на охотящуюся стаю из пяти голов и пришлось попотеть, а так же побегать и попрыгать, чтобы просто остаться в живых. Шкуры у монстров оказались крепкими, сами монстры возмутительно прыткими, так что лишь наше преимущество в скорости, скоординированности и владении несколькими стихиями помогло нам банально не убиться об этих тварей.
Но совсем без последствий не обошлось…
— Гад-гад-гад! — подвывала я, когда один из огнеплюев, пользуясь тем, что я отвлеклась, подкрался слишком близко и дыхнул на меня чистейшим пламенем. И вроде почти обошлось, и Саша даже убил эту мерзотину, но…
Вся моя левая рука до локтя была черной от глубокого ожога, а бок представлял из себя один огромный кровавый волдырь.
Оставался последний огнеплюй, но и он долго не прожил — Сашка умудрился ускориться так сильно, что превратился в смазанную тень, и просто располовинил кошака, явно воспользовавшись какой-то уникальной магической техникой, потому что просто оружием такое не провернуть.
Вот только восхищаться его умениями я не могла — меня просто разрывало от боли и не отключалась я исключительно из вредности.
— Потерпи, Ева. Потерпи немного… — бормотал Сашка, торопливо доставая из моего рюкзака аптечку и первым делом вкалывая мне обезболивающее, которое подействовало почти сразу, и я растеклась на его руках безвольным желе. — Ну что ты, не плачь…
А я плачу? Фу, позорище…
— Так облажаться, а? — скривилась, с отвращением глядя на свои раны, пока он снимал с меня испорченную куртку, а затем и футболку, чтобы оценить весь масштаб повреждений. — Как я могла его не заметить?
— Случайно. Исключительно случайно, — поддержал Сашка, глядя на меня максимально серьезно, но при этом не прекращая распылять на раны заживляющую пену из баллончика.
Только вчера хвастался, что удалось приобрести экспериментальный ранозаживляющий спрей-пену через Фельдштейна, потому что в прошлый раз, когда нас покусали арахны, пришлось ждать не меньше суток, прежде чем наша собственная регенерация справилась с этими ранами.
И вот сейчас…