И улыбнулся.
Ага…
Я сейчас должна в обморок грохнуться от счастья или как?
— Ваша светлость, — произнесла я твердо, — мне не нужны ваши деньги. Я отдала за сову ровно столько, сколько мне было не жалко, и не желаю более обсуждать эту покупку.
— Гордая… — задумчиво произнёс Даниил, а в его взгляде промелькнула несвойственная ему жестокость, после чего он слегка приблизил своё лицо к моему и тихо-тихо, практически одними губами произнес: — Твоему мужу осталось не так уж и долго, гордая, но глупая девочка. Год, два… Когда ты станешь вдовой, тебе больше не за кого будет от меня прятаться. И тогда…
Он намеренно затянул паузу, но меня она, если честно, не впечатлила. Пытаясь изображать злодея, он выглядел жалко.
— Мы поговорим уже иначе.
Фантазер.
Люди такие глупые, когда думают, что деньги и статус способны защитить от шальной пули и килограмма гексогена…
Вообще наивняк наивняком! А ещё княжич.
И чему их только в академиях учат? Непонятно!
В итоге я спокойно выдержала его пронзительный взгляд, позволив себе ироничный хмык и кривую усмешку уголком губ, ну а потом композиция завершилась и скрипнувший зубами княжич, явно не добившийся того, чего собирался, вернул меня за стол. Вернулись и Саша с Дарьей, причем княжна выглядела ещё смущеннее, чем перед танцем, но причины я не поняла. Ей там Саша пошлостей наговорил что ли? Хотя нет, тогда бы она была возмущена.
Комплиментов? Хм-м…
Задумавшись, но в итоге не став портить Даше настроение вопросом о женихе, я попросила принести мне десерт и остальные тоже последовали моему примеру. Постепенно обед подошел к концу, и тут княжич выпендрился. Иначе и не скажешь.
— Николай Викторович, позвольте мне оплатить чек. Всё-таки мы с сестрой были довольно навязчивы, подойдя к вашему столику, а потом и потеснив вас с семьей. — Проговаривая это, он уже забрал у официанта книжицу с итоговым чеком, мельком в него заглянул и положил внутрь несколько крупных банкнот, явно превышающих сумму.
После чего изображая предельную вежливость, откланялся, подхватил сестру под руку, и Оболенские убыли.
— Какой всё-таки неоднозначный юноша, — с нескрываемым неодобрением качнула головой баронесса, пока мой муж кривил губы, пытаясь удержать лицо. — Манипулятор. Не особо опытный, но… потенциал чувствуется. Если не прибьют раньше. Ева, девочка моя, бери своего мужа за руку, пока он тут всё не разнес к чертям собачьим, и поедем уже домой. Меня Жоржик ждет.
С улыбкой кивнув тёте Розе за то, что зрит в суть и способна манипулировать окружающими гораздо тоньше княжича, я послушно подхватила Николая под руку, но стоило нам сесть по машинам, как сразу поняла, что особо лучше не стало — Евтушенко был смурнее тучи.
— Что такое? — спросила обеспокоенно. — Что-то болит?
— Нет, Ева, — супруг качнул головой, едва уловимо морщась. — Ты же знаешь, моя стихия — воздух…
Он повернул голову ко мне, но я терпеливо ждала, что он скажет дальше.
— При должном желании, я слышу всё.
Твою мать…
Глава 4
Тут же прокрутив в голове всё, что умудрился наговорить мне Данилка-дебилка, я сморщила нос и крепче сжала локоть Николая.
— Не сердись, — попросила, прижимаясь к его плечу щекой. — Ну что с дурака взять? Пытается выглядеть умным и коварным, а на самом деле выставляет себя идиотом. Не порть себе настроение из-за этого ушлепка. Пожалуйста.
Я прекрасно расслышала сдавленный хрюк мужа, а когда подняла к нему лукаво улыбающееся лицо, то увидела и на его губах улыбку. Ещё не самую явную, но было видно — настроение Николая развернулось на сто восемьдесят градусов.
— Вот как ты так умудряешься найти в сложном смешное? — спросил он.
— Потому что нет ничего сложного, — улыбнулась ещё шире. — Правда. Все эти сложности по большому счету лишь фикция. Ну да, он княжич и весь такой из себя коварный и расчетливый, но на самом деле он всего лишь зарвавшийся мальчишка, которому не дают поиграть в приглянувшуюся игрушку. Всё, что он может — это говорить гадости впустую. Он жалок.
— Ох, крамольные вещи говоришь, Ева…
— Говорю, как есть, — пожала плечами и бросила косой взгляд на водителя, который и ухом не повел, хотя уверена, что слышал нашу беседу от и до. Вот только это был наш человек, принесший магическую присягу роду, другим Саша наши жизни не доверял. — К тому же он не наш князь. И слава стихиям! Кстати, а как ты относишься к скачкам?
— К скачкам? — озадаченно переспросил супруг.