После чего задрала подбородочек и удалилась, больше не пытаясь выглядеть обычной. И посадка головы изменилась, и разворот плеч, и походка… Пф, девочка. Да что бы ты понимала в шпионаже!
Так, ладно. Где там наша уже почти бывшая богиня? Пора кое-кому преподать урок!
Отписавшись Саше, что ушла в гости к Карепановым, тогда как он сам задержался в административных кабинетах «Олимпа», я решила пройтись пешком, тем более до деревни тут было рукой подать. Заглянула на ферму и в магазин, порадовалась за успех всех наших начинаний и наконец дошла до дома, где жили Матвей с Алесей. Оба были дома, что меня вполне устроило, так что я вошла на участок, вошла в дом…
Доброжелательно поздоровалась с обоими, сразу заметив, как напрягся Матвей, ведь раньше я никогда не приходила к ним сама, и задала простой вопрос:
— Вот скажите мне, дорогие Матвей и Алеся… как хорошо вы знаете законодательство нашей великой империи?
— Ну-у, — почесала носик Алеся, — не очень. В школе что-то такое проходили, но я не особо вникала. Только основы. А что?
— А ты? — Я внимательно посмотрела на Карепанова.
— Более или менее, — аккуратно ответил он. — А что случилось?
— Случилось… наверное, недоразумение, — улыбнулась обоим, но только губами. — Представляете, кто-то слил в сеть фото и видео с моим изображением. Не уведомив меня об этом и не получив на это письменное разрешение. Более того, слил в общественную сеть, где его увидели десятки тысяч людей и написали под ним такое…
Алеся растерянно похлопала ресничками, так и не сообразив, что не так. А вот Матвей догадался. Беззвучно чертыхнулся… И взял всю вину на себя.
— Это я. Не подумал. И что теперь? Штраф, да? — Он хмурился и пытался понять по моему лицу, что я обо всем этом думаю.
— Ну, учитывая то, что задеты честь и достоинство графа Евтушенко, чья жена предстала перед людьми в неподобающем виде… — я посмотрела ему в глаза, — одним штрафом тут, боюсь, не обойтись. К сожалению, ты не аристократ, так что вызвать тебя на дуэль он не может. Да и здоровье не позволяет.
— Дуэль? — пискнула Алеся. — Какая дуэль⁈ Ты что? Почему дуэль? Ты с ума сошла?
— Во-первых, — я повернула голову к ней и отчеканила ледяным тоном, — не ты, а ваше сиятельство графиня Евтушенко. Во-вторых, ты только что обозвала меня сумасшедшей при свидетеле…
— Ева! — напряженно перебил меня Матвей, делая шаг, чтобы заслонить от меня свою глупую сестрицу, словно действительно думал, что я сейчас на неё наброшусь. А когда я мрачно посмотрела на него, поднял руки и примиряющим тоном произнес: — Ваше сиятельство, прошу… Я виноват и отвечать мне. Ваше решение?
— Матвей, ты правда думаешь, что я поверю, что виноват ты один? — Я выразительно выгнула бровь. — Ещё скажи, что сам на портал заливал и сам описание составлял. И комментаторам сам от ее имени отвечал… Да?
Корепанов поморщился, ведь понимал, что это будет уже слишком явная ложь. Но всё равно продолжал стоять между нами и напряженно ждать моего вердикта.
— В общем так, — произнесла жестко. — Запятнав честь олимпийцев глупым, а самое главное порочащим честь поступком, Алеся больше не вправе именоваться Афродитой. Она не охотник, она не проходила посвящение и она настолько бестолковая, что до сих пор не понимает, что вообще происходит.
— Эй, я не бестолковая! — Алеся обошла брата и сердито уставилась на меня. — Ну да, я не знаю законы. Но это же не преступление!
— Уверена? — Я посмотрела на неё так уничижительно, что она смутилась и снова спряталась за брата. — А теперь представь, что кто-то (допустим, я!), сейчас снимет тебя на видео… Допустим, без лифчика. И выложит это в сеть. Что будет?
— Меня? Почему меня? Я не дам! — возмутилась она, а Матвей аж побагровел от возмущения, но пока молчал, ведь я лишь говорила, но не действовала.
— А я разве буду спрашивать твоего разрешения? — снова заломила бровь.
И вот тут она начала что-то понимать…
Но всё равно возмутилась:
— Ты на тех фото прилично одета!
— Алеся… — Я терпеливо вздохнула. — Я замужняя графиня. Я обязана блюсти честь и достоинство рода. А теперь загляни в свой блог и подсчитай количество удаленных комментариев и забаненных комментаторов. Все они написали про меня гадости. Все! Меня называли шлюхой. Потаскухой. Блудницей. Моего мужа называли рогатым извращенцем, если он допускает подобное. Меня причислили к любительнице групповух, зоофилам и назвали профессиональной порноакрисой, а видео — прелоюдией к оргии, которая произошла дальше. Всё это написали люди, которые «всего лишь полюбовались» нашими фото.