Томасу по-прежнему не хватало слов. Он просто сидел и удивлялся. Тереза тоже притихла; наверное, чувствовала то же самое.
– Вы же хотите нам помочь? – спросила Маквой.
К разговору присоединилась доктор Пейдж:
– Перед вами потрясающая возможность, ребята. Да, ничего веселого в мире сейчас нет, но этот проект, своего рода головоломка, мог бы принести вам радость. Мы очень в вас верим. И в тех двоих тоже. Их зовут Эрис и Рейчел.
Наступило долгое молчание.
– Ну как, поможете нам? – наконец спросила Маквой.
Томас знал, что выбора нет. И что будет трудно. Однако в целом идея казалась интересной. И вообще, хоть что-то новое для разнообразия.
– Конечно, – ответил он, еле сдерживая радость.
– Да, – добавила Тереза серьезно.
Маквой поднялась с места и пожала руки Томасу и Терезе.
– Вам понравится, вот увидите. Вы становитесь частью ПОРОКа! – Судя по ее тону, лучшей награды быть не могло.
Они вышли из зала совещаний и пошли к себе. Снова коридоры, лестницы, лифты. Слова Маквой эхом отдавались в голове Томаса. Частью ПОРОКа.
Он не понимал, нравится ему это или нет.
Томас лежал на кровати и смотрел в потолок – доктор Пейдж сказала, что сегодня он может никуда не ходить, а остаться в комнате – отдохнуть и подумать. От всего услышанного и увиденного голова шла кругом. Да, теперь все изменится. Вот бы это с Терезой обсудить. Она бы помогла разобраться.
Томас покосился на дверь. Заперта, конечно. Она всегда закрывалась сама до щелчка. Уже много месяцев, а может, даже несколько лет, он принимал это как данность. Проверять все равно было незачем – куда ему идти. Но теперь стоило попытаться.
Он встал с кровати и направился к двери. Нерешительно протянул руку, будто боялся, что током ударит. Потом все же взялся за ручку и повернул.
Дверь открылась.
Томас поспешно ее захлопнул и бросился на кровать; сердце колотилось так, что в ушах отдавалось. Интересно, за ним наблюдают?.. Томас огляделся. Камеры, микрофоны, датчики, да бог знает, что еще – какие-то заметны, какие-то ни за что не найдешь. И чего он так испугался – подумаешь, дверь приоткрыл. Обращались с ним по большей части хорошо, Рэндалла он больше не видел. Откуда тогда этот холодок, бегущий по спине?
За каждым его движением следят. Может, поэтому и перестали дверь запирать. Хотят посмотреть, куда он пойдет и что будет делать. А может, он попал в число избранных потому, что все эти годы не пытался сбежать и послушно выполнял то, что ему велели?
Сердцебиение наконец унялось, пот на руках и на лбу высох. Томас смотрел на дверь, напрасно убеждая себя, что он еще не решил – идти или не идти. Нет уж, он умрет, но за дверь выйдет.
Только действовать нужно хитро и дождаться ночи.
Страх уступил место предвкушению.
Время до вечера тянулось нескончаемо долго.
Перед вылазкой следовало отдохнуть, однако сон не шел. Кое-как Томас задремал, но вскоре пришлось встать, потому что подошло время ужина. Томас поел, снова улегся и наконец уснул.
Резко дернувшись, он проснулся в темноте, заволновался, не проспал ли всю ночь. Нет, на часах слегка за полночь. Томас быстро сполоснулся, чтобы прогнать остатки сна, и оделся. Подойдя к двери, снова остановился в нерешительности.
Одна прогулка по коридору может стоить всего, и тогда уже не строить ему невероятные подземные лабиринты и не видеться с Терезой и остальными.
Он сердито вздохнул – хватит трусить. А вдруг у двери есть специальный механизм, и она закрывается в определенные часы? Да ладно. Не станут его наказывать, если он откроет эту дурацкую дверь или даже в коридор выйдет. Глянет одним глазком и сразу обратно.
Дверь щелкнула и приоткрылась.
Сначала Томас не понял, что произошло, даже на руки покосился – неужели он и сам не заметил, как повернул ручку? Нет же, он и руку протянуть не успел. Значит, кто-то открыл дверь с той стороны.
Томас осторожно выглянул из-за двери, и сердце подпрыгнуло в груди – из коридора на него смотрел совершенно незнакомый мальчик, примерно такого же возраста. Хотя нет, почему незнакомый? Просто он без повязки и чуть-чуть подрос.