Томас кивнул, и они припустили во весь дух.
Поворот, еще один, еще, лифт, опять поворот. Каждый раз они выглядывали из-за угла – нет ли кого.
Сначала в Группу Б, к Эрису и Рейчел. Найти не сложно – у них на дверях таблички с именами. Тереза постучалась к Эрису. Не открывает. К Рейчел – та же история.
– Либо дрыхнут, как суперпослушные сурки, либо тоже на свободу вырвались.
Томас кивнул.
– Теперь к Ньюту?
Тереза побежала впереди. Снова коридоры, лестницы, хорошо еще, что освещение слабое, ночное. Она вела по заранее просчитанному маршруту: тут повернуть, тут встать и подождать.
Наконец, они свернули за угол, за которым начинался сектор Группы А, и остановились как вкопанные. Томас резко втянул воздух – у стены, обхватив руками колени, сидел пухленький заплаканный мальчик лет семи-восьми. Увидев Томаса и Терезу, он побледнел и вскочил на ноги.
– Прости-и-ите, – всхлипывал он. – Не-не ругайтесь…
Томас осторожно подошел к мальчику и положил ему руку на плечо.
– Все хорошо, не бойся. Мы такие же, как ты.
– Как тебя зовут? – спросила Тереза.
Их план мог полететь к чертям, но мальчик был такой маленький, беззащитный и явно чем-то напуганный.
Мальчик снова разразился слезами.
– Мне имя поменяли, на Чарльза, – всхлипывал он.
– Да уж, не очень имечко. Мы будем звать тебя Чак.
Глава 23
Дата: 226.05.17 Время: 2.42
– Ты в бараках живешь? – спросил Томас.
– В бараках? Нет, в комнате пока что.
Тереза поглядела на Томаса. И без телепатии было ясно, о чем она думала. Почему отдельно?
– У тебя открыто? – спросила Тереза. – Пошли туда, поговорим. – Она снова посмотрела на Томаса. – Сейчас еще друзей приведем, сразу веселее станет. Хочешь?
Чак с облегчением кивнул – наверное, боялся, что больше никогда ни с кем не подружится. Томас уселся на стул в комнате Чака, а Тереза пошла за Ньютом, Алби и Минхо. Записи должно было хватить еще на несколько часов.
Томас подвинул стул поближе к кровати, где лежал Чак.
– Давно ты здесь? – спросил Томас.
– Недели две. Мама с папой даже, наверное, не знают. А я не знаю – заболели они или нет! – Он снова заплакал.
– Ну-ну, не надо, – попытался успокоить его Томас. Вышло неуклюже. – Мы с Терезой уже несколько лет здесь. Привыкнешь. Да, имя силой меняют, но потом гораздо лучше будут с тобой обращаться – если слушаться, конечно.
Чака это, похоже, не очень-то вдохновило. По его щекам скатилось еще несколько слезинок.
– Что со мной сделают? – спросил он, шмыгая. – Уже всего иголками истыкали.
– Ничего, привыкаешь потом, – ответил Томас, а сам подумал: «Хорошо еще, что про имплантаты не знаешь». – Вообще, на школу похоже. На уроки будешь ходить, новых друзей заведешь.
Интересно, почему Чак в отдельной комнате, а не с Группой А.
Чак уселся на краешек постели.
– А почему у нас иммунитет? У тебя родители заболели? Они сошли с ума? А братья и сестры есть? – засыпал он Томаса вопросами, тот даже ответить не успел. К счастью, дверь открылась, и в комнату вошли Алби, Минхо, Ньют и Тереза.
– Привет, Томми! – воскликнул Ньют; его лицо озарилось искренней радостью. Еще бы, такой приятный сюрприз! Томас и не помнил, когда они с Ньютом виделись в последний раз. – Ты как огурчик, хоть и три утра уже.
– Это что, новенький? – спросил Минхо.
Алби подошел к Чаку и приветливо пожал ему руку.
– Тебя как зовут? Я Алби.
– Я Чак. Совсем недавно тут.
– Мы тебе рады, чувак, – кивнул Алби. – Тебя, наверное, скоро к нам переведут. У нас весело. Тут вообще много интересного и игры всякие.
Томас еще никогда не слышал столько лжи во спасение.
Два часа пролетели незаметно. Ребята болтали, смеялись, строили планы – пусть несбыточные, но так приятно было хоть немного помечтать о будущем, где можно делать все, что захочешь.
Это была самая лучшая встреча с друзьями за все время. Томас никогда столько не смеялся. Они говорили наперебой, иногда даже приходилось по нескольку раз повторять, чтобы услышали. Слезы на лице Чака высохли, мальчик развеселился, будто на празднике. Томас смотрел на него и радовался.
Да, они все оказались в ПОРОКе. А ведь могло быть в миллион раз хуже. Ему, например, не пришлось видеть, как заболевает мама, его оградили от беспощадной реальности внешнего мира. Он не погиб ужасной смертью в лапах шиза и вообще многих горестей и ужасов избежал.
А взамен? Скука? Ладно. Тесты? Пусть. Странные взрослые, которые не очень-то умеют ладить с детьми? Зато у него есть друзья, с которыми весело. А главное, они ищут лекарство. Все не так уж плохо.