Однообразную жизнь скрашивало лишь присутствие Терезы и Чака. И доброе отношение доктора Пейдж – похоже, у нее единственной из всех сотрудников ПОРОКа вообще было сердце, и она одна помнила о том, каково это – быть ребенком. Доктор Пейдж не раз говорила Томасу и Терезе, что любит их, как собственных детей; и каждый раз это признание звучало как-то осторожно, будто она здорово рисковала, позволяя себе такие чувства.
Томас жил в странном мире, но главное, что жил.
Глава 42
Дата: 230.08.21 Время: 10.32
Начавшийся как обычно день превратился в безумный, когда в дверь постучали во время утреннего перерыва.
На пороге стоял незнакомый мальчик. А рядом с ним, как назло, Рэндалл. Томас не видел его, наверное, со дня смерти Джорджа. Выглядел Рэндалл далеко не лучшим образом – похудел, лицо приобрело землистый оттенок. Томас покосился на новичка: ростом немного выше его самого, светловолосый, с широко распахнутыми, как у маленького ребенка, глазами.
– Это Бен, – представил его Рэндалл. – Несколько дней назад привезли. По возрасту идеален для отправки в Лабиринт. Доктор Пейдж хочет, чтобы ты с ним поговорил до того, как пойдешь на уроки и тесты.
С этими словами Рэндалл повернулся и торопливо зашагал по коридору, будто опаздывал на важную встречу. Бедняга Бен так и стоял в двери, нервно моргая.
– Не обращай внимания. – Том открыл дверь пошире. – Он со странностями. Проходи. Я еще помню, каково это – попасть сюда впервые.
– Спасибо, – Бен робко вошел в комнату и сел у стола, Томас опустился на стул рядом.
– Я из Денвера, – произнес паренек и неожиданно разрыдался. Он закрыл лицо руками, плечи его тряслись.
Денвер? Томас много слышал об этом городе, о том, что он стал барьерной зоной – там собрались те, кто еще не заразился Вспышкой. Жители Денвера предпринимали беспрецедентные меры безопасности, в частности окружили город высокими укрепленными стенами. Странно, что Бен оттуда. Ведь его родители скорее всего живы. И ПОРОК все равно забрал его?
– Что случилось? – спросил Томас. – Я готов тебя выслушать. – Слова прозвучали дежурно.
– Мы наконец-то нашли, где жить, – всхлипывал Бен. – Там хорошо было. И мои родители не заболели – я точно знаю! Иначе нас бы в город не пустили. – Теперь слова его лились сплошным потоком, на смену слезам пришла злость. – Они спросили, не хочу ли я поучаствовать в исследовании, отец ответил, что нет, а меня все равно схватили и увезли. Маму ударили, а отца грозили убить. Кто эти люди? Зачем я здесь?
Томас потрясенно молчал. Что он мог сказать? Он всегда подозревал что-то такое насчет родителей остальных ребят и, похоже, небезосновательно. ПОРОК утверждал, что все они из семей, где родители заразились Вспышкой, а других родственников не осталось. Что это? Ошибка? Или очередная ложь?
Бен обхватил голову руками и снова заплакал.
– Не вешай нос, дружище, – произнес Томас, ощущая горе мальчика, как свое собственное. – Они тут пытаются лекарство от Вспышки найти и готовы ради этого на все.
Бен посмотрел на него, вытер слезы и кивнул.
– Давай я устрою тебе экскурсию. – Томас открыл дверь и вслед за Беном вышел в коридор, попутно проклиная себя за ложь.
Они прошли по зданию, потом сели в смотровой – Томас показывал новичку Лабиринт. После слез Бена у него не хватало решимости сказать, мол, вот скоро тебя сюда зашлют. Парень не дурак, сам все поймет.
Томас старался говорить только о хорошем.
– Ребятам там нравится. Целый день на свежем воздухе, с друзьями. – Он поймал себя на том, что лжет так же легко, как им всегда лгал ПОРОК. Но что еще сказать, не знал. Надо было приободрить Бена.
От мыслей его отвлекло движение в правом углу монитора. Жук бежал за Галли, а тот шел куда-то, поминутно оглядываясь, будто замышлял неладное.
– Так-так, – прошептал Томас, выводя изображение Галли на большой экран.
– Что случилось? – спросил Бен.
На какое-то мгновение Томас вообще про него забыл.
– Да так, ничего, – рассеянно ответил он. – Смотрю просто, куда друг идет. – Чтобы ничем не напугать Бена в первый же день, он выпроводил его в коридор. – Подожди тут, ладно? Сейчас подругу позову, она экскурсию продолжит. Здорово было познакомиться.