Спойлер: не помогли.
— Но мы больше не в Ванкувере. Здесь должно быть лучше. Просто попробуй.
Она была права. Это было бы проще, чем искать себе пару самостоятельно. Не каждый день встретишь привлекательного мужчину в лифте.
— Есть один парень, — пролепетала я, тут же пожалев о своих словах. Ее глаза расширились, и она энергично закивала головой, побуждая меня продолжать. — Я познакомилась с ним несколько недель назад, и он дал мне свой номер телефона. У меня не было возможности позвонить ему из-за этой истории с Cypher.
— Позвони ему сейчас, — потребовала она, указывая на телефон в моей руке.
— Сейчас? Ни за что! Кто вообще в наше время звонит людям?
— Тогда напиши ему. Прямо сейчас, Наз, или, клянусь, я устрою тебе еще одно свидание вслепую, — пригрозила она, сузив глаза.
Я насмешливо хмыкнула, но начала набирать текст, сообщая Надиру, когда я буду свободна. Через несколько минут мой телефон завибрировал.
— Мы завтра идем на свидание, — мои глаза расширились, когда я прочитала быстрый ответ. Похоже, я оказалась более опытной, чем ожидала, в этом деле.
Рядом со мной раздался визг Линь.
— Ты только посмотри! Вернулась в игру за считанные секунды. Отличное восстановление нашего игрока после долгого межсезонья, — сообщила Линь голосом комментатора, используя свой кулак в качестве микрофона.
— Думаю, ты права, — сказала я, в голове мелькнула мысль.
— Я всегда права, — Линь кивнула. — Но в чем я права на этот раз?
— В том, что это игра! Моя проблема - привязанность. Поэтому я буду ходить на свидания, потому что привязанность к одному парню все портит, и я никогда не хочу чувствовать себя так, как в тот раз, когда была с сама-знаешь-кем, — объяснила я, радуясь своей блестящей идее.
— Это что, полиамория? — спросила она со скептическим видом.
— Нет, я буду встречаться. Чтобы развлекаться и жить как независимая одинокая женщина, которой я всегда хотела быть.
— Ты всю жизнь была безнадежным романтиком, а это звучит как "девичник", — Линь бросила на меня скептический взгляд. В этом она была права. Мое увлечение романтическими комедиями и Болливудом началось в возрасте четырех лет, что, как не удивительно, породило нездоровую тягу к романтике. Кто бы мог подумать, что вымышленные персонажи могут создать для меня нереальные стандарты?
— Только вот последней розы не будет, — поправила я себя. — Кроме того, я потратила свое раннее совершеннолетие на длительные отношения, и это последнее, чего я сейчас хочу. Ты должна сделать это со мной!
Казалось, ей стало не по себе от этого предположения, она смотрела куда угодно, только не на меня. Что она скрывала?
— У меня почти нет времени на сон из-за моей работы и этой стажировки.
— А что случилось с Дэвидом? Я не видела его с первой ночи, когда была здесь, — спросила я, любопытствуя, почему мужчина, который казался ей идеальным, теперь исчез.
— Мы никогда не были вместе, и он мне не нравится. Он друг, который был достаточно любезен, чтобы встретить мою подругу из аэропорта.
Я не поверила ей ни на секунду. Не может быть, чтобы она не была увлечена этим парнем, если только не было кого-то еще. Я сузила глаза, но придержала это откровение при себе, чтобы потом выпытать у нее. Она никогда не могла долго хранить от меня секреты. Я знала, что она скоро сломается.
— В любом случае, я думаю, это хорошая идея, чтобы вывести тебя из депрессии, — согласилась она, положив обе руки мне на плечи.
— Я не в депрессии.
— Конечно, — заметила она с раздражающе сочувственной улыбкой. — Пока мне не нужно надирать никому задницу, я в команде Наз. Но, если тебе понадобится, ты знаешь, что я могу стать задирой.
— Ты не будешь. Со мной все будет в порядке, — сказал я, когда мы махали такси. — Давай отвезем их к тебе домой. Не могу поверить, что я его еще не видела, — сказала я, поднимая свою сумку.
— Нет! Не ко мне. Твоя гораздо ближе, — поспешно ответила она.
Обескураженная ее внезапной переменой настроения, я бросила на нее недоверчивый взгляд, но согласилась.
— У меня нет пасты, — я застонала, сидя на корточках и роясь в пустых шкафах.
— Может, мне купить? Я могу сбегать в винный погреб в квартале отсюда, — предложила Линь, когда я вошла в гостиную.