Андрей почувствовал, как холодный пот выступил на лбу. Он знал, что если они не выйдут из этого состояния, то её разум может быть поглощён навсегда. Он не мог позволить этому случиться. Он мог потерять её, и это была мысль, от которой внутри всё замерло.
— Эля! Слушай меня! — он снова потряс её, не давая уйти в себя. — Мы должны сейчас же уйти. Мы не можем позволить этому чипу управлять тобой, ты понимаешь?
Её глаза вновь зафиксировались на его лице, и она вдруг, как будто просыпаясь от тяжёлого сна, огляделась вокруг. Разрушающаяся лаборатория, искривляющееся пространство… Всё было таким настоящим, таким страшным. И в тот момент, когда тень от чипа ещё приковывала её взгляд, она почувствовала, что должна действовать.
— Ты прав… — её голос был слаб, но в нём звучала решимость. — Нам нужно понять, как уничтожить его. Но… куда мы поедем? Куда нам идти?
Андрей вытер с лба капли пота и вздохнул, пытаясь совладать с волнением. Он знал, что они должны действовать быстро, пока не стало слишком поздно.
— Мы поедем к Людмиле и Веронике, — сказал он решительно. — Если кто-то сможет помочь, то это они. Они знают больше об этом чипе, чем кто-либо. Нам нужно выяснить, как его уничтожить, и сделать это прямо сейчас, пока его сила не привела нас к катастрофе.
Эля взглянула на него, её мысли, как и её сердце, пытались устоять на грани двух миров — мира, в котором она могла вернуться к нормальной жизни, и мира, который открывался через чип, маня её в неизведанное. Но в этот момент её разум, наконец, принял решение. Чип стал слишком опасным. Он открыл нечто, что они не могли понять, и это было гораздо больше, чем они могли себе представить.
— Поехали, — прошептала она, и, не в силах больше смотреть на чип, она сжала его в руках и положила в карман.
Андрей кивнул, схватил её за руку и потянул в сторону выхода. Лаборатория рушилась, и они должны были успеть, пока их не поглотила последняя волна разрушения. Внешний мир был как свет в конце туннеля — неясный, но полный надежды. И теперь Эля и Андрей, несмотря на страх и растерянность, двинулись в сторону нового пути.
Выбежав из лаборатории они ощутили, как в ночном воздухе ощущалась необычная тишина — тишина, не свойственная обычному времени суток. Всё было как-то неестественно тихо, как если бы мир вокруг сдерживал дыхание.
Под ногтями ночи проскальзывали странные, едва заметные тени, и каждая их линия казалась искривленной, как линии в старых картах, ведущие к неизведанным землях.
Андрей и Эля молча побежали к машине, каждый в своих мыслях, но их шаги звучали в тишине как эхо, заполняя пустоту этого мира. Ощущение тревоги всё возрастало. Каждый их шаг, каждый взгляд на чип, что крепко держала Эля, напоминал, что это ещё не конец, а только начало чего-то гораздо более темного. В их руках — ключ к чему-то разрушительному.
Старый медицинский центр в котором находились Людмила и Вероника стоял на окраине города, в старом здании, что помнил многие десятилетия. Время здесь будто замедлялось, и всё вокруг казалось застигнутым в моменте, когда мир ещё не был готов к будущим катастрофам. Андрей трижды постучал в дверь, и с каждым стуком казалось, что внутри, за дверью, начинается нечто неведомое и пугающее.
Когда дверь наконец отворилась, на пороге стояла Людмила с Вероникой, обе с напряжёнными выражениями лиц. Эля заметила, как их взгляды сразу же остановились на ней. Не спрашивая, они поняли, что произошло. Эля чувствовала, как все глаза, каждое слово, и каждый взгляд пронизывают её — как будто скрытый смысл, заговор, был видим всем, но только не ей.
Зайдя внутрь, они сели за старый деревянный стол, который мог бы многое рассказать, если бы умел говорить. На его поверхности лежали карты, книги, древние рукописи, исписанные символами, которые Эля видела в своих видениях и на экране лабораторного компьютера. С каждым прочитанным словом сердце Эли сжималось, а в голове крутились страшные предположения.
Людмила вздохнула, её глаза были полны усталости и беспокойства. Словно она уже знала, что они принесли с собой, и что это не просто исследовательская ошибка.
— Этот чип — не просто технология, — начала она, — это артефакт, созданный не людьми. Его цель — открывать врата… не между городами, а между мирами. Но для этого ему нужно нечто большее, чем просто активация. Он требует жертвы.
Эля почувствовала, как холод пробежал по её телу. Всё, о чём она думала, теперь встало на свои места. Костя не был просто жертвой. Он стал частью чего-то гораздо более страшного, чем они могли себе представить.
Вероника, которая до сих пор молчала, наконец произнесла несколько слов, словно эти слова должны были рассеять ту тьму, что окружала их.