— Отдайте нам его, — произнёс мужчина, а его голос отразился от стен, превращая слова в эхомящий приговор.
— Даже если бы он был у меня, я не отдал бы его вам, — резко ответил Семён, показывая, что не собирается поддаваться.
В этот момент один из охотников, стоявших в тени, поднял странное устройство — светящийся прибор, напоминающий старинный радиоприёмник. С его помощью он издал резкий, пронзительный сигнал.
— Это бесполезно! — крикнул он. — Они уже рядом.
Семён вытянул руку, пытаясь что-то сделать, но не успел.
Из коридора, из самой глубины, прорвался зловещий шум. Кто-то шёл. Кто-то не человеческий. И они были рядом.
Человек, стоящий впереди, кивнул своим людям. Охотники моментально пришли в движение, готовясь к действию. В этот момент вдруг раздался резкий, устрашающий звук, словно всё пространство вокруг них сжалось. Тьма, которая раньше казалась пустой, теперь окутывала все вокруг.
Это были Тени, плотные, словно живые, и начали двигаться, растекаясь по полу. Они вышли из тёмного коридора, их силуэты плавали в воздухе, не касаясь земли. Их тела были искажены, смяты, как если бы они были порождением кошмара. Холодный свет, исходящий от их глаз, выжигал пространство вокруг.
Эля едва успела отшатнуться, когда одно из существ протянуло к ней свою руку, покрытую чёрной слизью. Она почувствовала, как по коже ползёт ледяной страх, как если бы сама тьма пыталась поглотить её.
Семён был первым, кто понял, что в этой ситуации не будет победы. Он резко повернулся к Андрею и Эле, выкрикнув:
— Бежим! Вон туда, через боковой выход! — он выхватил что-то из кармана и бросил это в тёмную пустоту. Яркая вспышка осветила тени, заставив их отшатнуться, но этого было недостаточно.
В панике они бросились в сторону выходного коридора, с каждым шагом ощущая всё большую близость этих существ. В ушах звенело от ужаса, и даже туманная реальность вокруг них казалась зыбкой, как иллюзия.
Глава 10. Гонка с тенями.
Мрак сгущался вокруг них, будто сама тьма решила поглотить их, разверзаясь как бездонная пропасть. Паникующая группа мчалась по узким коридорам лаборатории, не оглядываясь назад. Каждое их движение отражалось эхом в глухих стенах, и темные фигуры, как тени из кошмаров, следовали за ними, едва успевая отступить от ярких вспышек, которые Семён вырвал из своего кармана, бросив в пустоту. Но этот свет был лишь кратким миганием, не способным остановить тьму.
Сердца били в такт их бешеным шагам. Эля ощущала, как холодная рука страха сжимает её грудь, но она не осмеливалась остановиться. Задний план был заполнен звуками приближающихся существ, их движения — словно глухие удары, как если бы сама Земля чувствовала их присутствие и содрогалась. Ледяные руки тянулись за ними, требуя их крови, их страха, их боли. В их воздухе не было ни страха, ни жалости. Только хищная жажда.
— Держитесь! — крикнул Андрей, его голос звучал твёрдо, но в нём всё же скользила тревога. Он был готов к любому повороту событий, но этой опасности они ещё не встречали. Он ускорил шаги, его тело было напряжено, готовое к борьбе.
Семён не мог больше сдерживать растущий ужас, его пальцы сжались на каком-то старом устройстве, которое он выхватил в спешке. Он пытался найти в нём какой-то шанс. Что-то, что могло бы дать им передышку. Но у него не было ответа. Ответа не было ни в приборе, ни в знаниях, ни в его собственной уверенности.
— Эля! Андрей! Бежим! — снова крикнул Семён, его голос тронулся от паники. В его глазах мелькали отблески тени, и он знал, что они не спасутся, если останутся здесь.
Они мчались, поворачивая угол за углом, минуя серые стены и металлические двери, скрытые в темноте. У каждого был свой образ в голове — опасность настигает их с каждым шагом, но они не могли остановиться, потому что понимали: если они остановятся, тень будет последней, что они увидят.
И вот, наконец, появился выход. Свет от аварийных ламп был тусклым и холодным, но он дарил надежду. Впереди открывалась дверь, запертая с другой стороны, но для них не было другого выбора. В этом лабиринте она была их единственным шансом.
Семён рванул дверь с последним усилием, и она поддалась. Они вырвались наружу, на тёмную улицу, где только одинокие звезды пытались пробиться сквозь облака. Весь мир, казалось, был поглощён этой бездной, которая только что освободилась из тени лаборатории.
Машина срывается с места, как дикая, несущаяся в темную бездну сила. Мотор ревет, сотрясая воздух, и каждая его вибрация кажется эхом ускоряющегося сердца. Колеса скользят по асфальту, оставляя за собой струю пыли, а вся дорога становится линией, растягивающейся в бескрайность. Ветер, казавшийся невообразимо свежим и чистым, теперь ощущается как холодная волна, мчащаяся в лицо, не давая отдышаться.